Кетамайн

кетамин и менструация на Самайн

ритуал кровь и снег

пиздатая кровь, скажу я вам

как икона

и тот снег, что искрится мёртвыми бриллиантами в ноздрях, припорошив слегка торчащее из крыла кольцо

вот он — мой диссоциативный кокаин, у них даже названия созвучны — ке-та-мин

произнести по слогам

как заклинание

это поездка

на встречу

с нечистью

сигара

и кокосовый ром

а затем на автобусе через пол города

атмосфера там знатная

высокие деревья, такие, что не видать и небо, везде мокрая листва и туман

пахнет сыростью и терпким ладаном

тянет этим запахом от небольшого святилища

здесь руины старых склепов и безымянные могилы, где надписей либо никогда не было, либо они со временем стёрлись

мы вошли сюда чинно, сперва не понимая, где же здесь обещанный погост, ведь тут одни деревья

но сизый туман скрыл могилы и серые каменные надгробия просто в нём растворились

но когда глаза привыкли ко тьме, и свет фонарика сталь хоть сколько нибудь не бесполезен, мы заметили могилу, а потом ещё одну, но эту выдавала лампадка

значит кто-то здесь уже побывал

могилы скрывались во тьме, в  глубине леса

нам приглянулась ближайшая к тропинке, обвитая сзади плющом, что плотно впился присосками в камень

ну что ж, здравствуй, хозяин

мы встречаем смерть по своему

поднося ей кокосовый ром — белый, с черным, штрихованным, как элемент комиксной рисовки, изображением черепа

сигару и кислый зомби-леденец

духи слетелись на пир

а мы к тому времени уже отчалили встретив по дороге вампиров в кожаных плащах

популярное нынче местечко, только и видишь издали как на подходе светятся фонарики смартфоном

стойкий запах гнили и мокрая листва меня преследовали весь трип

поездка на автобусе в какой-то момент оказалась неловкой, так как объявили следующей станцией — Písečná

сразу оформился

подтекст

естественного

стало не по себе

абстрагируюсь и гружу себя в Нейро

/Мант

насиль

но

Písečná понемногу стирается из зоны внимания

и её захватывают Молли и Кейс

на орбитальной вилле Тессье-Эшпулов “Блуждающий Огонёк”, нанятые их же Искином

туман всё ещё стоит над городом, мы возвращаемся домой вдоль ручья, над ним тоже струится дымка, весь город окутало туманом как хэллоуинской паутиной из марли

мех с пауками — в каждом супермаркете на полке сезонных товаров

покупаем лампу в икее, а ещё — пиво

ахуеть, икея производит своё пиво, непосредственно в Швеции

а вот лампа — мэйд ин чайна

лампа даёт низкий и теплый уютный свет

лампа напоминает диссоциативные трипы в \бункере. Теперь бункер — это мы, и мы можем воссоздать его атмосферу где угодно

я рассыпаю на зеркало кета-мин как кристаллы льда, обломки снежинок, и дроблю их в пыль

цу

кета-миновая

фея

мне зип

лок

с крес

том

подогнала

взлетаем

сквозь трубку

чувствую ритм, он оживает и становится визуалом

я скольжу

по тонкому льду забвения

забывая кто я

но оставаясь

понятием “я”

я точно помню, где нахожусь, но в какой то момент сознание растворяется в других образах и я оказываюсь в иных местах, я вижу деревья на склонах, мокрую листву и трассы

осыпавшиеся листья прилипли к тротуарам, я ощущаю как скользят по ним подошвы доктор мартинс

а потом мы едем в автобусе, из окон виден город, ощущаю движение, очень реально, будто и впрямь проезжаем под мостом, нас сопровождает теплый медный свет фонарей

осень затухает, влажная и гниющая, я чую её гниение, кетамин раскрывает мне суть и секрет что я будто и так давно знаю, только теперь раскрываю его под другим углом

у кета мина свой фетиш

даже своим практически мгновенным действием он напоминает мне кокс

на клавиатуру просыпался снег из ноздрей

ошмётки, сдутые с зеркала

тоже на буквах осели

как мукой

притрусив

их

кольцо

всевластия

с наебосом

расшатанный меха

низм

на пальце не держится

давай

супер

клеем

спешит на помощь

всемогущий

Момент

казалось всё выветрилось

осталась

одна усталость

но всё ещё жажда жизни

горит,

не угасла

давай заклеим себя

супер клеем

Момент

декс и мех совместили, но из-за этого мощного кроссовера эффект пика стал слишком стремительным и коротким

я смотрю на свои фото, на холодную обработку и ярко малиновые губы, сжимающие пулю, и мне на ум приходит странная ассоциация — сюда бы отлично подошло название — “старые кости”

в ноздрях щемящий холодный привкус сладковато стерильной горечи, и медицинской стали кольца — смешавшись в слизистых с секрециями создался особый специфический аромат благородного бархата

там, куда мы уходим — скорости не достать, это другая скорость, она кажется медленной, но на самом деле — сверхзвуковая

это бархатная смерть, и она манит, эти диссоциативные полёты, я не испытывала их несколько лет

ритм ломается, становится шершавым, затертым, далёким, в эфир прорываются обрывки чьих-то диалогов, то ли на английском то ли на японском, и мелодия вселенной, её я ни с чем не спутаю, она всё время звучит при контакте с изнанкой

цепляясь за призрачные трассы и механизмы я ползу по ритму трека, погружаясь в визуал

я тку свои авто и пытаюсь на них ездить, но они быстро ломаются и растворяются

в какой-то момент трип достигает апогея, когда реальность становится гиперреалистично огромной и скомканной, в ней появляются дополнительные фантасмагорические конструкции, а восприятие охватывает объем и высоту комнаты с точки видения тонкой реальности

губы уже давно превратились в кристалл

взгляд раздвоился

я медленно возвращаюсь из мрачных осенних видений, ощущая в комнате присутствие наших конструктов

сквозь балконную дверь к нам заходят призраки в хэллоуинских костюмах, и пока я печатаю, прорываясь к интерфейсу сквозь расфокус, они тусят у нас в комнате как на вечеринке

2022, Praha

шприц образ русской словесности

шприц
образ русской словесности
давай втрескаемся
обменяемся мыслями
или телами
повеселимся
друг в друга вселимся
раскрестимся и разземлимся
неба коснёмся руками
звёзды в гранёном граале
духа с тобой смешаем
мы снегом подводным стали
мы канули в ноль
так пульсируй
танцуй со мной
только смотри
сердце моё ледяное
не отогрей ненароком
дыханием жизни
своим дыханьем
не разбуди
пусть спит
моё сердце
во гробе хрустальном
а лучше вместе уснём
в криокамере
соединив уста
как снеговики
в анабиозе
вмёрзшие в Коцит
пусть Джа
не даст нам растаять25.01.23

smells like postrussian spiryt

В Избушку-На-Курьих-Ножках входит Кощей. Глаза его пылают синим пламенем, он чеширски ухмыляется и явно что-то задумал. Баба Яга обнюхивает его, с настороженным интересом.

— Где это ты был? Чем это пахнет? Пострусским духом?

— Да, это новые духи, купил их на пострусской ярмарке.
Кощей демонстрирует упаковку с психоделической надписью «smells like postrussian spiryt», извлекает из упаковки шприц.

— Пострусская ярмарка? Хм… А это точно… духи?

— Это все Ваши злые духи. Это черные мысли как птицы, Что летят из флакона — на юг, из флакона «Nuit de Nоёl»…

Кощей внезапно начинает петь Вертинского, а над упаковкой пострусских духов действительно начинают кружить маленькие чёрные птички. Скворцы. «Мурмурация. Как это загадочно красиво. Огромное облако птиц, двигающееся как единый организм, непостиживо! Иногда и я хотела бы там, вместе с этими чёрными птицами, взвиваться ввысь с дымом от костров… Впрочем, что мне мешает?» — подумала Баба Яга (автор заметил опечатку и решил не исправлять, поэтому именно так она и подумала — непостиживо!) — а вслух она сказала только:

— Интересно, из чего же они сделаны?

— Горестный хмель… Может быть это растение? Не знаю, авторы не раскрывают всех своих секретов.. А может быть, они сделали эти духи, проведя экстракцию феромонов из тел пострусских — как в романе Парфюмер… Может лучше нам и не знать, из чего или из кого их делают… Но какой запах! Какой божественный запах!

— А почему духи — и вдруг в шприце? Или это постмодернистская отсылка, на ту статью, «Шприц как главный образ Русской Словесности» — ты не помнишь автора?

— Его никто не помнит. Автор разложился на плесень и липовый мёд, да и хуй с ним. Главное — образ русской словесности вот, перед нами. Духи в шприце потому, что для того чтобы запахнуть Пострусским Духом, нужно принять его внутривенно.

— Как думаешь, почему? Это больше связано с физиологической составляющей, или в этом есть какой-то духовный символизм? Чего в этом больше?

— Когда я шёл сюда, я думал о том, что шприц сочетает в себе свойства меча и кубка — с одной стороны, фаллический, проникающий объект; с другой же — сосуд с влагой, символическое указание на матку, в сущности… Которая инъецирует нас в этот мир — подобно тому, как оса-наездник впрыскивает через свой шприцеобразный стержень яйцо в тело гусеницы. Ты не задумывалась, Яга, о том, что наш способ внедрения в тела очень уж похож на инвазию паразитов? Физиология? У нас нет физиологии, Яга, мы же бессмертные. Мы мемы.

— Мы мемы мы мемы мы мемы… Если долго мычать — можно достичь просветления? Да, я тоже читала ту статью про шприц, не надо мне её пересказывать. Интересное решение — налить новый дух будущего в старинный шприц. Игольное ушко, через которое надлежит пройти пострусскому — подобно полости иглы шприца. Слышит ли иголка что-нибудь своим «ушком» — я всегда задавалась вопросом, но, оказалось, что главный вопрос — что мы услышим через ушко иглы?

— Давай втрескаемся. На приходе под этой штукой можно услышать своеобразный, довольно мелодичный даже шум. Можно услышать, как где-то в глубине что-то рушится. Разрушаются структуры коллективного бессознательного — вековые, древние, глубинные, то на что всё опирается. Разрушения не надо бояться. Я очень люблю богов разрушения, потому, что они подводят нас вплотную к тому, что мы есть. Скоро будет весна. Солнце высушит мерзкую слякоть. И в полях зацветут… давай уже втрескаемся!

— Богов разрушения? Так я и есть богиня разрушения! Весна обязательно придёт, весна неизбежна — а чтобы она пришла быстрее — разожжём огромный костёр, чтобы таял снег, чтобы ломался и плавился лёд. Ну-ка, Кощей, подуй на угли! Будем разрушать! Будем радоваться! Будем танцевать!

Баба Яга принимает свою грозную форму, язык красный и вытянутый, как у Кали. Кощей встаёт, они обнимаются с Бабой Ягой, и затем совершают тот самый акт, который автор статьи «Шприц как главный образ русской словесности» характеризует как «Мистерию Большого Вдоха».

Выдохнув Кощей шевелит угли хуем в печи, и угли разгораются фиолетово-чёрным. Искры летят во все стороны, зажигая мир фиолетовым пламенем.

Где так больно дышать — не правда ли?…

Где так больно дышать — не правда ли? —
Я не знаю страны иной.
…Быдло, дрочащее парадами,
Оргазмировало войной.

Та~янство Янтарного Погребения

IV.Залей Слоями Sмоᛚᛚ
Хиtиновую душу,
Сkγкꙮженную в лγже
Гексагональной. /Ско/\ –

III.На глåз определи
у }I{öлтого творенья:
Остановилось †ленье
Предневесомо… /Ствол –

II.Нам sмо́ᛚᛚ`ы iss~точивший –
«Bosweᛚᛚia Тиши́йша» –
Восплачь Ещё Iz~лишком
Бальзамно-сладким…/Стол

I.& белолённа скатерть, –
И Θасɘти́чны Братья –
Напиток Ѯачерпать Вам —
Напиток Вечный – Цвета Смерти ᛋолнц<!..>
☥(◯)☥

07.01.23.

ᛚ’довье Мантоидов // матч прозрачен

120 их на озере ISs`~Creek`s
Планиdы в толстом льде отражжены
ИскоIIIен воздух белых åᛋ*териксов
Рукосами, течёт с хитиноспин.

:&<h> Матч Нøль::Нøль из снег-травы не-зрим.
«Льдоскоп сувай!» — раздастся инекрик:
Шерше́нь ля ᚠам – стекᛚёdный херувим –
~ стеклётно подлетает напрямик –

= и Снежной Карточки подсунутый каприз –
Оtа́ᛚой рисовой, опариной даримой –
К Тебе пред просыпаньем заиглитсся
Под звуки Гноссиены№Σ…

04.01.23

ᛚ’динорог

‘tam – в даль аллеи – снежные кошмары
и лиц гhолубокровных кисеи́
цверты отверзнутся мороƶным белым пååром
от приkасаний к чашечкам своим..

а ближе к полночи – лазорево-сия’н –
отерзнут гроб кhристаᛚᛚо-и́глу <bоги¿> –
как будто в Книге Снежных Христиан –
и он выходит
i on выходит

: в рентгеньи икс
takой хрусталевно-скелетний
12 месяцев = меоны хлóди/с~лéдни
: Å он – Последний

[б ɘ л ы й с т и к с ]

30.12.22

III≡рстилище

Ԟо́гтистный Волох
запахивал Полость.
поdԞоме†ные волости – в го́рсти:
жалует в Гøсти.

27.12.22

Марсоглååзы

Иссчитал
Ich~tентакли в сандаловом хмаровɘ:
изсвиввается в ванной кальмарами
цвета умбрÅ и хакки
Ich Чета

(б)лизь-черта
hiss~tекает кисслотами кожжисто,
набухает пγпырами йожжисто –
или брызнет на кайфели
слизь не~Та

Как со≈Плотием стать?

28.12.22

Медуза

На одевъялове л’ɘ}I{урных ᛚ’ɘметрин –
Як на плоту Кетцалькоатля отплывно́м
Она раскинулась, покинув паланкин,
†ранс-вертекалевно зрачки ще/\яя ᛚ’дин –
опа́ло-ὖо́гненны́х..

27.12.22

Антон ЛаВей — Джорджу Вашингтону

Если что-то имеет смысл-
То всё не имеет смысла.
Если на что-то молиться —
То лишь на пропавшие числа.

Открой календарик печальный
И погляди на отметки
Сколь долго в бокале хрустальном
Чужие паучьи сетки.

Неволя опутана сетью
Лукавых и гнусных шпионов.
Кого же тогда стегать плетью,
Надеясь на шум похоронный?!

Вы Всё говорите — иные
Весь Жар из печи загребают.
Отвечу: законы такие,
Их мысли в тела выставляют.

Позвольте себе быть свободным!
Смотреть только в нужные книги!
Для извергов будьте негодным
И вечно плетите интриги.

И встанет тогда перед вами
Скелет, что ломает катану.
А буря тотчас же стихает,
Теряясь в глуби океана.

Когда ж перед вами восстанет
Судья- инквизитор с щицами:
«Ответьте: Я тоже лукавил,
Питаясь людскими страстями.

Смеясь лучезарной улыбкой,
Играя на клавишах боли.
А вы б не смогли без ошибки
Сыграть мои лучшие роли».

24. 12. 2022 г.

на бреге регенер(в)ации

да, я=та Кая Åмфисбена –
чуйствилищщный אǝйровоам;
Y~варовитовая пена
Подкатит к nerrvø~берегам:
Помолодеет океан ≡
И ᛚинзо-память оsь’tеклеет’
Его прозвзрачным дном тогд△<א>18.12.22

ςγ́мiръок

(s)γмер~ки`вок и ота́ял..
только с Венеры <k>hораᛚᛚ`ы
v_пи́вень-пульсар (s)-нараснают=
åлым φпᛚавляются лåллом..

:hрозовый свет Åмплитуды
может расцсветом излиться¿
`kолкое ɀолото Будды
(в)Пламени~Ягвǝ блаз(н)ится¿

..Ты }I{ прǝдорга<н>з(м)æн иɀvᛋломом
пе́рст/оν/`ь/Їи/`я спиццеподобно..
>Ягвǝ, роди Åмб~истому
в во≡ды вселенной холодной

16.12.22

горнiй змей

j≡го Ԟо́жи – лавина
прå-хрустального цвета которого нет_γ, –
не-эха <:на ответы наложено вето>:
эпидермис Иᛗíра

..до рассвета
Он вползает во мороz`ь овинов –
поиграть к вашим детям,
что теплят янтарные ветви..
поиграть и изведать. По.ест.ь.
оставить багряными перья и шерсть..

<..инфаᚻ.цидные драмы семьи Криол円и,
трансфини́тум ɐдвǝнтных предместий…>

тех про гhулок иᛋvɀломы sерпентны,
где отроги ледǝют, воспеты:
внIS~Схожденья 0`~Ветра
веч.возвратны до 1ервого века
эры Гляцио без имярека

без свiдеттелей дольнего шума –
им восблещщет небесная Yмма
из жемчуждо-блакитных кревǝток:
Sеребряне = Ya~ԟуттские прǝдки..

ʞто }I{ǝ имя его отыс Кай –
подснежавник по имени Йулий
или Оттø вдыхающий Sне́гу<?> :
не абре́к и не γρήγορ:
sнежный бесс…курøлесс…

с Ya~зыка снежнориɀсовой муᛗᛗии йǝтти –
iгᛚᛚо-ме́рзлого рта, –
восззияет слогов Пустота:

«Змий пришёл = отворяй ворота»

14.12.22

Sемi~(s)лучница

Гаснет Лу4 карминно-красный,
заглядевшись в темноту: =
Меч стекланно-язы`glass`ный
погружается во рту<ть>

Ykys~пу́нктурно и больно
в telo белое войдут
6 Других: сновед-цикорий
незабудко изразтцут.

С<φ>æрафит Мечноязыцый —
Мечислав Моих Пустот —
ягод рось – обсидивику —
собирает в белый <г>рот.

Он говóрит повиликле
обступить меня совнé:
чтоб Ея Лɘдоней бликки
докасалися ко мне.

15.12.22

Sвиток прǝсвитера Тиtивиллγса

Ԟоготь 1ервый ведя
по скрип<†>овно-рассоhлой конторке –
он – 2рγгой – омокнёт
в чöрновито-моᛚᛚюсковый гумор,
преиssце́женный в полый кристалл хризоколлы. –
: да́ле – ре́ƶƶами память script`ория по́лнит
/что так глитчат подолгу на стёклах лиловых/:
орбоглазый стекᛚёдный sвятой пɐучок-мɐячок,
о~вися́ на кру}I{евьи мɐнжǝттки –
:освети́т & γвидит,
sей Øпыт
вовеки запомнит:
«Оsемь Планетных ТаЇнствий»:
VIII. витрификация
VII. …………..
VI. вибронюктодисплååзия
V. 4öрнолγчение
IV. ……………….
III. криоэротизаврция
II. ксенохронофутуризация
I. ¿
0. [ꙮ]лжепечать рескриптёра Клавинция рядом со стёршимся «Ómni..»:
ѯлокознь пронотария Сланция =
в Y~тверждение прåа-беззаконий

11.12.22

Масонская притча о шашлыке, записанная на салфетке после ритуала Самайна

Первый шаг дорогого стоит

Жизнь всегда преподносит притчу к случаю.

*

После ритуала Самайна я спустился во двор и вынес уголь и мангал. Зажигалка, которая мне досталась, давала лишь искру, а жидкости для поджига было мало, так что я порылся по карманам и отыскал там мятый билетик, подпалил его и разжёг угли.

Когда принесли мясо, я нанизал несколько кусков и раскурил трубку. Мои товарищи взялись нанизывать остальные. Вскоре я присоединился к ним, попыхивая между делом табачком в своё удовольствие.

Я не считал, кто из нас нанизал больше — очень может быть, что это был не я.

Говорят, некоторые куски подгорели, а какие-то остались полусырыми.

Уверен, кто-нибудь сделал бы всё это в тысячу раз лучше, чем я, и даже не отвлекаясь на трубку.

*

Но посмотрел бы я на тот шашлык, который получился бы, не разведи я огонь.

P.S. С глубочайшим почтением к тем, кто дал мне уголь и зажигалку, и к тем, кто купил мясо.

Сон перед Работами в гостях у Брата С. и Сестры Т.

Два масона обедают в шикарном ресторане. Первый — преуспевающий бизнесмен, Великого Архитектора Вселенной воспринимает скорее как символ, к религии относится скептически; второй едва сводит концы с концами, но глубоко верующий, набожный человек. Первый щедро угощает второго, старается поддержать его морально, общается с ним совершенно по-братски, без высокомерия, хотя и немного покровительственно. В ходе беседы он спрашивает:

— Брат, если Бог так любит тебя, как ты говоришь, почему он не послал тебе денег для безбедной жизни?

— Брат, — отвечает второй с искренней благодарностью и Богу, и Брату, — он любит меня ещё сильнее: он послал мне тебя. И хочу тебя обрадовать: тебя он тоже любит так сильно, что послал тебе меня, чтобы ты мог в полной мере проявить свои масонские добродетели.

Как на Лысой на горе…

Как на Лысой на горе, на горе

Собирались мертвецы в темну нощь,

Собирались мертвецы в темну нощь

Да живых-то помянуть, помянуть…

 

Закружили мертвецы хоровод —

Только слышен стук костей, стук костей!

Веселятся дед Кощей, дед Кощей

С бабой Марой у Ворот, у Ворот!

 

Как на Лысой на горе, на горе

Пили брагу мертвецы средь гробов,

Поминали да живых мертвецы,

Да при полной при Луне, при Луне…

 

Ели вволю мертвецы красных щей,

Набирались от живых гойных сил,

Служат тризну средь могил, средь могил

С бабой Марой дед Кощей, дед Кощей!

 

Как на Лысой на горе, на горе

Отпевали да живые мертвецы,

Отпевали да живые мертвецы

Да на тёмной стороне, стороне.

Горячка

horror

 

Лесом труп в ночи крадётся,

Черви прут из гнойных ран,

И на глотке вдруг сомкнётся

Челюстей его капкан!

 

За тобой идёт посланник —

Полнолунья бледный жнец,

Снов кошмарных мёртвый странник —

Твой обещанный конец!

 

Ни куда тебе не скрыться

Хоть средь сотни разных лиц,

От невидимой десницы,

Взгляда ищущих глазниц!

 

Всё одно тебя достанет

Жутким призраком могил

Знатный родич, что за баней

Ты живым похоронил!

 

Всё одно ты скоро сдохнешь,

Как ни прячься, ни хитри,

От холодной да иссохшей

В ночь протянутой руки!

 

Зря, дурак, на свет бежишь ты,

Лучше вздёрнись на дубу!

Всё одно тебя отыщет

Труп, очнувшийся в гробу…

Назад Предыдущие записи