Шишка Екклезиаста

— Есть растаманская легенда. Говорят, будто первый куст ганджа вырос на могиле царя Соломона, и впитал в себя всю его мудрость.

— То есть, до Соломона, ганджа нигде не росла, или росла, но мудрости в ней не было?

— Да росла, конечно, и мудрость в ней была. К тому же, жрецам до Соломона это растение было прекрасно известно, поскольку использовалось для воскурений в Храме.

— Вот как. Так почему тогда говорят про «первый куст»?

— Разумеется, растаманские жрецы в курсе. Они говорят про «первый куст» в том же смысле, как мы называем первым первый год Нашей Эры. Перед ним были ещё годы, но они как бы не считаются, потому что Слово ещё не воплотилось. А царь Соломон, он кое-что открыл, и это наполнило куст новыми смыслами. И теперь каждый, кто курит ганджа, хочет он того или нет, соприкасается со смыслами Царя Соломона…

— И что же это за смыслы?

— Вам же знакомы ключи Соломона? Малый Ключ, и Большой Ключ. Что это за ключи и от чего они? В обоих ключах, чрезвычайно обильно встречаются духи, дающие знание языков. Современные колдуны иногда пытаются изучать языки при помощи демонов Гоэтии — только вот особых успехов в этом деле они не демонстрируют. Всё дело в том, что это необычные языки. Это языки метапрограммирования. Духи, которых Соломон связал печатями, и поместил в сосуды — это метапрограммы, многом автоматизирующие процесс колдовства.

— То есть, ключи Соломона — это первая в мире работа по мета-криптографии?

— Не первая. Известны более ранние шумерские ключи, но шумерская магия работала на низкоуровневых языках метапрограммирования.

— Семьдесят два демона, семьдесят два ангела. Мне это всегда напоминало цветовую схему Шеврёля, из 72 оттенков. Но, если мне не изменяет память, похожая матрица была известна ещё египтянам. Осирис был разорван Сетом на 72 фрагмента, разбросан по Египту, после — собран и оживлён Изидой. После чего Осирис стал вечным царём в Западных Землях.

— Да, сама матрица была известна египтянам, собственно, Осирис её и нашёл. Это знание дорого ему обошлось, но оно того стоило.

— Вы про рыбу?

— Да, я про рыбу. Тем не менее, он потом зачал ребёнка. Рыбой.

— Помню конечно. Рыба, надо полагать, оставалась рыбой?

— Да. Изида смогла оживить Осириса, она смогла вернуть ему силу, но рыба осталась рыбой.

— Любопытно… Так где, всё-таки, первоисточник тех знаний?

— Есть другая легенда — однажды царь Соломон встретил Царицу Савскую, и, как говорят в некоторых апокрифах, она научила его «поклоняться Иным Богам». Кто такие эти Иные Боги?

— Хоть древние иудеи и считались монотеистами, Яхве и Элохим, вообще-то разные сущности, и, второе — вообще множественное число. Так вот, кластер Элохим включает в себя, помимо прочего, Элохим Ахерим — Богов Иных, которые в сущности своей представляют собой пантеон психических интерфейсов для взаимодействия с силами природы. Поскребёшь демона — найдёшь бога, поскребёшь бога — найдёшь энергопоток.

— И Соломон все их интегрировал в свой ключ? Но почему всего 72? Богов гораздо больше.

— Для ключа больше не требовалось. Боги часто дублируют функции друг друга, и нас интересуют не столько сами боги, сколько наборы команд к ним адресованные. Божественное может делить себя на сколько угодно частей. Если у нас есть ключ, нам безразлично, сколько легионов духов в итоге задействованы в исполнении нашей команды.

— Ну хорошо, а причём же здесь ганджа? И чему Царица Савская учила Соломона?

— Она учила его универсальной мудрости, и важный ключ здесь то, что после этого Соломон начал понимать язык зверей и птиц.

— Верно интерпретировать первосигнальные данные, без потери человеческого функционала… Наверное , он ещё начал говорить на _родном_языке_…

— Да, то есть, он локально возвращается в состояние «до грехопадения», когда Адам подобен пламени, и языки пламени говорят в нём на языках ангельских и бесовских. Вы всё верно понимаете, именно на _родном_языке_ Соломон тогда и заговорил. Помните, как было у Сорокина: «…и он заговорил Сердцем…».

— Это из романа, где Сердце пробуждается ударом молота из космического льда?

— Да, именно из этого романа, но понимаете, тем, чьё сердце и так сковал космический лёд — таким нужны иные средства пробуждения. Царица Савская научила Соломона курить ганджа, пылающие цветы растопили лёд его Сердца, и тогда ему открылся Поток — это и был первый и главный шаг в сторону создания ключей.

— Короче, они просто обкурились, и… По сути, она просто примирила его с Природой…

— Примирила, но не просто, в конце жизни он по полной словил Екклезиаста.

— Во многой Мудрости многие Печали… Ну знаете ли, я думаю, Соломон знал, на что идёт.

— Разумеется. Помните историю про «Монархолиз», то есть процесс «Растворения Монарха»?

— Монарх растворяется в водах Великого Моря, в водах, что состоят из слёз…

— Из слёз изгнанной за метафизические пределы реальности первозданного хаоса, из ярящейся силы, что рождает драконов…

— В таком случае, ваша история про царя Соломона напомнила мне другую историю, и это уже не растаманский, а вампирский эпос.

— О, очень интересно. И что же это вам напомнило?

— Историю посвящения Каина. Когда Яхве проклял Каина, так чтобы никто не мог того убить, Каин пошёл скитаться в пустыню, в земли Нод — то есть, в Чёрные Земли, в Египет. Там он встретил Лилит, и она посвятила его в Искусство. Она научила его быть вампиром; она научила его магии, алхимии, кузнечному ремеслу и садоводству. Они вырастили свой сад, и вокруг их сада вырос первый город. Лилит пробудила в нём память Крови, ибо Каин был сыном Змея, и когда змеиная кровь заговорила в нём, он обрёл Знание. В том числе, это было знание законов природы, чувствование её ритмов, ощущение её вкуса. Вампиры понимают выражение «вкус жизни» довольно буквально, и «смысл жизни» в их понимании передаётся через вкус.

— Красивая история! На некоторых языках, «вкус» и «смысл» звучат одинаково. Что-то общее тут и правда есть, тем более что Царица Савская — в некотором роде и была воплощением Лилит. Кажется, у меня вырисовывается некая гипотеза…

— Поделитесь?

— Да. Лилит часто изображалась в виде женщины-змеи. Вы тут обмолвились, что Каин был сыном Змея — не является ли эта история отголоском экспериментов рептилоидов над геномом человека? Репты создают гибридов, затем обучают их основам цивилизации и психическим технологиям… Подобных мотивов и в других культурах пруд пруди — скажем, Сутры Запредельной Мудрости, переданные нагами… Хотя это довольно поверхностная аналогия, при желании можно найти глубже.

— Иногда нет смысла искать глубже, когда истина плавает на поверхности. Я думаю, что сейчас уже никто не возразит против того, что рептилоиды действительно проводят генетические эксперименты. На каждой планете, где их видели, потом ещё миллионы лет находят остатки их ДНК-сигнатур.

— Да уж, больших любителей поиграться с геномом сложно найти…

— Разве что Ми-Го и Старцы, но то — древние расы, давно прошедшие через четвёртый барьер, и ставшие цивилизациями Галактики. Что же до рептилий, да, здесь они наследили немало, да и продолжают присутствовать…

— Кстати, о присутствии. Лилит — это ведь Тёмная Шехина, то есть, Присутствие Иного Бога. Получается, когда Лилит учила Каина курить ганджа и быть вампиром, Присутствие покинуло Самаэля? Как вообще бога может покинуть его Присутствие? Что с ним в это время происходит? Как говорится — Шива без Шакти есть Шава, то есть труп. К чему может привести лишение Присутствия такой сущности, как Самаэль?

— К глобальным катаклизмам, конечно. К тектоническим сдвигам в самой природе Реальности. В тот раз реальность устояла, но вы знаете, однажды она не устоит. Что же до того, что происходит с богом, когда его покидает Присутствие — он отсутствует, то есть, он постигает собственное Отсутствие, он прорывается в Ничто. И в случае с Самаэлем и Лилит такая трансгрессия в не-существование, это не бага, а фича — всё так и задумано. У Кроули, в Книге Закона, Нуит говорит «Ибо я разделилась ради любви, дабы стал возможен союз. Так устроен сей мир: боль разделения в нём — ничто, радость соединения — всё»- динамика божественной игры такова, что чем дальше будут разнесены полюса, тем больше энергии будет высвобождено при медиации. Поэтому, Самаэль и Лилит занимаются тем, что разводят себя на бесконечное расстояние, чтобы затем схлопнуть эту бесконечность в жерле сингулярности. Точка, где Лилит и Самаэль соединяются, становясь андрогинным Змеем, Самаэлилит — это момент незадолго до коллапса Реальности, момент когда Шива начинает танцевать свою Тандаву — в этот момент, он соединяется с Шакти, и, перестав быть трупом, уничтожает мир.

— Мир сгорает в огне божественной любви. Об этом, вроде бы, было у суфиев… Ладно, а чем закончилась та история с Садом в пустыне?

— Лилит покинула Каина, и он познал, что значит быть вампиром. А быть вампиром — значит испытывать Вечный Голод.

— Довольно похоже на то, каково быть зависимым. Или практикующим. Вечный Голод, который не может полностью утолить ничто — мне знакомо это. Даже практика полностью не утоляет этот Голод.

— Нам всем это знакомо. Да, даже практика не помогает… Зато, испытывать Вечный Голод — это значит чувствовать Вкус Жизни. Лилит вернула Каину вкус жизни, она научила его чувствовать. Чувствовать природу, чувствовать трепет и хрупкость биологической жизни — чувствовать потоки Оргона, ту энергию, которая оживляет материю. Кто может тоньше чувствовать Жизнь, чем те, кто её пьёт? В своём проклятии вампир обретает благословение — Тёмную Радость Печали, радость искать и не находить.

— Радость моя, ты мрачнее мрачного морока, темнее тёмного месяца… Кстати, а куда подевался Петриков? Что-то он давно молчит, как там продвигаются его духовные поиски? Нашёл он скрижали Сверхнового Завета?

— Вроде бы, он где-то в пустыне, в Египте. С тех пор, как прилетела Комета, ни слуху, ни духу.

— Комета? То есть, глыба Космического Льда…

— Да, ещё и с зелёным хвостом. И вот с тех пор, как она появилась, Петрикова будто след простыл.

— В средние века, появление комет связывали с войнами, эпидемиями, природными катаклизмами… Что эта комета нам принесла на хвосте?

— А ещё появление комет связывали с Лилит. Хвостатая звезда — аналогия думаю понятна. Что нам принесла комета? — о, она принесла, не сомневайтесь. Самораспаковывающийся архив.

— Психосферные обновления?

— Конечно, и они тоже. Именно они. Третья сигнальная.

— Петриков, помнится, где-то ещё то ли шутил, то ли не шутил, на тему того, что когда миры соприкасаются, он и лирическая героиня его текстов становятся разрушительной, неуправляемой стихией; описывал картины глобальных катаклизмов, проводя ассоциации между оргазмом и зелетрясениями, цунами, извержениями вулкана… Что же выходит, это и не совсем были шутки?

— Петриков шутит и не шутит одновременно. Он меташутит, он никогда не знает, шутит ли он, или говорит всерьёз. Меташутка всегда содержит возможность для многоярусной, порой парадоксальной интерпретации. Так что и расценивать всё это следует многоярусно — и как метафору, и как сложный прикол, и как вовсе не метафору.

— Комета катализирует эволюционные сдвиги, и загружает обновления. А чем в это время занят Петриков? И, напомните, почему мы вообще о нём заговорили? Как мы вышли на этого персонажа?

— Он в пустыне, в горах из красного камня, опьяняет себя изысканными ядами; в потоках лунного света танцует с Лилит. Он воскуряет ганджа, и постигает Вкус Жизни.

— И как успехи?

— Осколок Зеркала встал соответствующее положение. Настройки оптики обновлены. Почему мы заговорили о нём… У меня есть одна гипотеза, можете считать, меташутка…

— Слушаю…

— Петриков обкурился до полного психоза, а мы — голоса в его голове. Мы обсуждаем его, потому что мы — его эманации, и что нам обсуждать, если не причину своего существования? Что думаете насчёт такой версии — Петриков действительно нас создал, и весь наш мир — плод его воображения?

— А что насчёт Лилит? Она там действительно присутствует? Или это очередная галлюцинация?

— Лилит… Видите ли в чём дело, её Присутствие носит парадоксальный характер, это сложно постичь умом — но Лилит присутствует, отсутствуя, и отсутствует присутствуя. Это бесконечно производительная программа, не требующая материального носителя, про такое ещё профессор Донда писал…

— То есть, Лилит в суперпозиции?

— Да, Лилит в суперпозиции, Петриков в психозе, мы — в его воображении.

— Что будем делать, коллега?

— Помните его недавний сюжет, где персонажи догадываются о существовании автора, начинают его всячески троллить, намекать ему на ущербность его текстов, и в конце концов, устраивают бунт на корабле — выгоняют автора из его же собственного разума, из его же собственных текстов… Видите, он сам подсказывает нам, что делать. Нужно только творчески реализовать его план.

— Автор не умер, он вышел покурить… Только искусство спасёт нас — мало того, что этот графоман нас выдумал, так он при этом ещё и не особо старался… Меня лично изрядно бесит, что мы оба разговариваем как картонные персонажи. Живые так не говорят.

— Я кое-что придумал. Пусть он запишет наш разговор, а потом как бы слегка подзабудет о том, что когда-то такое писал.

— А потом прочитает, и словит Екклезиаста.

— Может быть, после этого он выдумает нормальных нас?

— Сомневаюсь. Если и выдумает, то это будем уже не мы.

— Мы можем в результате этого исчезнуть?

— Да какая разница? Нас и так нет.

— Чёрт, это была меташутка. С самого начала.

— Сколько здесь было слоёв метаиронии?

— Пожалуй, только Лилит сможет счесть все слои, и в полной мере осознать этот контекст…

— Не важно, реальны мы или нет — мы доберёмся до корня, и раскроем Вкус Жизни — а Петриков познает Вечный Голод.

— Подождите… Кажется, здесь кто-то есть…

— Что?!

— Кто здесь??! А?!

-…

Назад Вперёд

Добавить комментарий

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.