Иблис

Поручик, вы Иблис?
А как же
Мы ж как шайтаны на вселенском вальсе
Кружим в постыдно-праздном декадансе
И выступаем флагманами фальши
Натурщик, вы смогли б
А как же
Мы ж как марионетки в вальсе
Изыскиваем, изгибая пальцы
Для извиваний в чувственном экстазе
Палач, а вы пришли б?
А как же!
Я ж не приду не позже и не раньше
Я вовремя приду, и ваши пальцы
И все другое тоже, я приду
Палач, а вы Иблис?

Глубже в никуда…

(Jarosław Mikołaj Skoczeń)

 

Глубже в никуда

Взорван мозг

На много ответов заранее

Отлитых пулями

Застрявших дробью в головах

Тех, кто имеет смелость подумать

Склоняю голову

Отдаю честь

Набираюсь смелости

Вам не уничтожить, черт возьми,

Наше будущее

дыры в горизонте

Солнце светит нам сквозь дыры в горизонте

Мы создаем свой мир из дыр на горизонте

Жизнь наша облако и пыль на горизонте

Мы умираем за дыры в горизонте

Ангелы цепляются за дыры в горизонте

Ангелы крылами бьют, освобождая Солнце

Ангелам известно ли все, что будет после

Ангелы изнемогая, рыдая, ликуют

Занавес

По-другому

Я хожу с заткнутым ртом

Вечно думая о том

О чем вслух сказать нельзя

Каково это, друзья?

Я пишу слова в кавычках

Многоточие любя

Изменилися привычки

Для меня и для тебя

По-другому будем думать

По-другому понимать

По-другому все мы будем

Жить, любить и умирать

Афоризм

…и мало какая рукопись, чтобы выглядеть издатой, не стремится отдаться в печать

Ангелы долга ангедонистичны

Как измерить ценность существования?
Протяженностью?
Куда?
Удалённостью?
От чего тогда?
Сосуществования?
С кем?
Обреченностью?
На что?
Озабоченностью?
Беззаботностью?
Предметностью и содержательностью?
Исполненностью?
Чего? Долга, что ли?
Попробовал, завалили
Те, кто заранее знает
Что такое долг
Ангелы долга
Ангедонистичные
Те, у кого протекают
Слюни на
Накрахмаленную рубашку
Они лучше тебя
Знают,
Что
Такое
Долг
И
Кто
Ты

Многоточие

Избранное многоточие
Спешит отделаться от полной строки
Ожидая одиночество
Непримиримость размеров
Образов и мнений
Избегая публичности
Страдая в невысказанности
Требуя парабеллум
И немного косметики

Мой алфавит

Амбиций амбал ад
Броневичок бот
Вонь войны вон
Вынь вины вид
Враз врасплох страх
Срок сослагать стыд
Трудно терпеть тьму
Транса туман тих
Телек трещит трэш
Унылый уход флуд
Худо хотеть хлеб
Хавать химер юг
Юшкой язвить яд
Я ж не хотел так

Матрёшка

Запретная, забытая

Всеми музами побитая

Излишняя матрёшка

Не лезущая в головоломку судеб

Но жить желающая

От края и до края

Поглощающая

Слюноотдедяющая

Незаметной пощечиной

Славословящим мастурбаторам

Несметно прекрасная

Всегда влекущая

В свою

Собственную

Тайну?

(Растай, ну?)

Завсегдатай последних смыслов бытия

Последнего полёта порции перца

У нас есть много специй

И мы их насыпаем аккуратно

Прям на раны

Нашим любимым врагам

Чего и желаем вам

Нашим матрешкам

Излишним богам

Они бы ответили вам

Или нам

Ответьте же, я пред Вами!

Про резиновую Зину

Здравствуйте, это Зина
Она не читает зины
Она сделана из резины
И ждёт тебя в магазине
Не нужно подарков Зине
Не нужно ей строить мины
С ней не наступить на мину
Она идеал для мужчины
А если обидеть Зину
Не будет искать причину
Не упрекнет мужчину
Потому что внутри — резина…

На «границе» правды и лжи

Перевод из Jarosław Mikołaj Skoczeń

На «границе» правды и лжи

Существует правда одних

И ложь других

Что это перед лицом голода, страха за детей, за свою жизнь?

Сфабрикованная правда и ложь с опорой на другое зло

Мы валяемся в безнадежности

Следуем наиподлейшим из подлых

Не прикрываясь извинениями или религией

Наши сердца зачерствели от догм

Пара шагов отделяет людей от свободы, от жизни

Пара шагов отделяет нас от человечности

Мы перешли эту границу!!!

Прощание

Jarosław Mikołaj Skoczeń

Последний звон колоколов
Последний взгляд глаза в глаза
Последняя прогулка маленького мальчика в шортиках и тельняшке
Пронизывающий детский страх того, что случится через час
Или на чертовом семейном вечере
Может ли школьник на летних каникулах думать о дне своей смерти?
Чувствую, сжалась гортань, захлебнулась смелость
Уже взрослым не раз возвращаюсь к этому в мыслях
Это было, и это есть во мне сегодня
Протягиваю руку, покойся с миром
Я буду часто тебя вспоминать
Ты тоже так страдал…

Есть дом и есть я…

Jarosław Mikołaj Skoczeń

Есть дом и есть я
Жаждущая женщина
Погруженная в свое лоно
В приоткрытых лепестках жизни
Женские желания моей девственности
Отдаюсь им каждое утро
Распинаясь в сумасшедшей боли блаженства
Которая во мне и вне меня
Я женщина, которую насилуют
Целка нежеланная
Есть дом и есть я
Отстойное чрево покоя

Сегодня хотел написать стихи…

Jarosław Mikołaj Skoczeń

Сегодня хотел написать стихи
О тумане, о тени, за которой скрыл свою суть
Но который раз что-то стирает те несколько слов
Может, это и к лучшему?
А ты здесь
Освещаешь каждый мой шаг
Твои ладони дарят надежду на время
Без единой кровинки в чувствах
В вечно незаживающих ранах
Спасибо, родная

Диалог

У воды?
Увы, да
Удавы!
Довод?
Удод!

Губу закусила…

(перевод из Jarosław Mikołaj Skoczeń)

Губу закусила
Раскроив поцелуй на кусочки
Обнажая свои желания
В бледных промежутках мыслей
Уносясь на языках пламени
Окропляя искрами лоно
Без любви
Беззвездность безмолвных объятий
Заасфальтированная дорога в промежность
Забирает наши минуты
Ее губы вмиг пересохли
Окрасив кровью пустые стены
Я молюсь – так близко наши ладони
Боюсь разомкнуть их – умрут друг без друга

Дай мне ответ

(самиздат, 2012)

Сон, словно странный струп на заспанном теле
Глаз предвзято фиксирует фикции тени,
Кровообращений, томлений и притяжений
Нахально на виду свободно предлагая упасть
Сквозь кровать, внутрь, мягко
У меня завалялась булавка
Банально, есть та часть, что мягка
Попа, дай мне ответ
Бог есть или нет
Будь твердым – сказала она
Иди по жизни легко
А потом вызывающе протрубила руладу
Кишечных песен, посвященных
Постзакатным сумеркам – и
Они мне отозвались паровозным гудком
Издалека чем-то детским
Несбывшимся Динозавром
Неудавшимся на фоне
Известных созвездий
Притчей, противоречием …

Не замочите ноги

(самиздат, 2012)

В раю рать рвать

Оружие

мать брать я

твой суженный

скелет крест хвост косточка

Всегда был твоим Вовочкой

Сквозь темп тайм трейн заполночь

Брать врать мрак мразь

За душу

Прям так трах раз несколько

Чтоб столб тьма огонь

Инквизиция

Мне перед тобой не за что

Пусть хруст кровь вновь

Ведьмак я

И у меня любовь черная

Заслужи убей выйди вон

Найди зажигалку патрон прибор огня

Что-нибудь найди для меня

А мы подружимся покружимся стреляемся

Побываем кое-где и там и тут

А ведь мы ж, твою мать, коварные

Вагоны товарные
Пассажиры

Места держите не грубите

Пожалуйста, там дети

Ведь мы убоги

Главное, не замочите ноги

В твоих объятьях

(самиздат, 2012)

Жесткосердно убивают

Добрым словом по затылку

Несравненно проникают

Смертным хрипом сквозь объятья

В странном танце под колеса

В небо вихрем чуть заметным

Слава богу,  — не спешили

Завалили, удушили

Удружили (мы ж дружили)

Надругалися над телом

Кровь сосали через вену

Перерезали аорту

А любовь — пошла ты к черту

Пошло и для натюрморта

Раскрасневшиеся дамы

Давят сотней килограммов

На доску рыгая красным

Разлинованные спины

Не люблю на половину

Заворачиваю в тело

Винт и жду твоих проклятий

Начинай же — делай дело

Я умру в твоих объятьях

Сон дарует

(самиздат, 2012)

Сон дарует главное, любимое или так себе

Откровения про то самое, что важнее всего

Одинокому жизнь как рай, а смертушка – край

Сквозь твердь в кровь ногти, зубы, лицо

Камень стирает узнаваемость ощущений

Чувства уже не играют роли – они не актеры

Вспомни пароли, предметы, монеты,

Потом – лангеты, кюветы, клозеты

Самое страшное вспомни  — проживи

Прожуй проглоти перевари

Захоти пожелай

Стань неуязвимым

Издай декрет о ценности твоих снов

Прими как должное восторг публики

Стань вечным как памятник

Прислушайся:

Дальше фальши зовы баньши

Раскрасневшиеся десны

Мягко стелют

А мы с похмелья

Назад Предыдущие записи