Я ползу по не сильно оправданной тверди

Я ползу по не сильно оправданной тверди
Ни себе ни стеклу не готов доверять
По глазури культяпками в скользком усердии —
Но есть цель. И немыслимо двигаться вспять.
Бытие невозможных существ раздирает сознанье
Невозможно чтоб кто-то ещё был бы так же убийственно трезв
Влажно шепчет в полях ложноножек моих разрастанье
Колосится наждачной поверхностью вереска треск
Лягушачьей икрой на ветру шелестят псевдоподии
Серебрится волокнами гулкий химичекий стон
Прохожу сквозь мембраны в нетленный пузырь за обоями…
И зрачками бесчисленных пастей внедряюсь в ваш сон…
Аааа дави! Обходи. Обходииии! Я прикрою глазабры
Это я, ваша Белочка! Что, вы не ждали меня?
Покажи, покажи уже Жиже созвездие Выдры
Ты же слышишь, как глокает Куздра козявную Ыль вельзебря?
Ну привет! Говорил же что лучше не есть эти яблоки?
Пузырьки! Как давно я не я… Пузырьки!
Ну ничо – вот сейчас мы наловим кудябликов,
И познаем, насколько сношенья с Изнанкой легки!

Вячеслав Бочкин и Семён Петриков

Мистерия Улиточки

Во все времена пассионарные люди вспыхивали, и их неизбежно поглощала тьма.

Каждый огонь существовал лишь миг, сравнительно с прочей массой истории.

Но почему огни излучаются вновь и вновь?

Путь в шаманы лежит через психодуховную смерть.

После этого — возжигаешь огни, не надеясь, что они будут пылать вечно,

— они угаснут, результатом проявленных форм будет Ноль, и бояться этого не к чему.

Красота является лишь на острие изменчивого мгновения, и через это созерцание и сотворение происходит соприкосновение с вечностью самой жизни, вместо утверждения одной формы на продолжительное время.

Йоль – точка перехода, область погружения в холод и мрак.

Зияет трещина между мирами, открывается портал, и в мир входят эманации Иного, эманации Эмерджии, преображающие всё, к чему они прикасаются.

Когда люди в панике пытаются спасаться от незримых причин смерти, мы спокойны словно центр циклона. Мы собираемся, чтобы возжечь огни глубин и быть собой. Мы собираемся, чтобы причаститься к запредельному, а затем восстать нарастающим светом.

Какие мифы будут связывать нас и течение событий нашей встречи?

Многие из вас смогут догадаться…

***

«That is not dead which can eternal lie, / And with strange aeons even death may die.» H. P. Lovecraft

Кто проживает на дне океана?

В час предрассветный ползёт из тумана

След оставляя сверкающей слизи

Семенем звёздной, бесформенной жизни…

Домик его неевклидно-спирален,

Облик – пугающе чужд, ирреален…

Шёпот во мраке «Ом, Йидра-София»…

Что ж, вы готовы узнать его имя?

В самую мрачную ночь этого годового цикла мы соберёмся на тайное радение, дабы обратить свой зов к спиралевидному Сверхсознанию высших измерений, к Великому Древнему Приходящему Утром – к Морской Улиточке, чья обильно истекающая Мжвячная Жижа станет катализатором процесса алхимической спирализации мыслеформ и событий всех циклов, произрастающих отсюда.

В блендере оккультной мысли мы смешали кружева мифологий, сюрреализма и интернет-мемов, жижа закружилась, запузырилась, запенилась и замжвячилась –испейте же жижи из чаши!

Многочисленные ЕОТ-треды на современных имиджбордах несут в своём мифологическом, сакральном ядре, отчётливые следы гностической традиции почитания Софии Премудрости, которая согласно учению гностиков создала создателя нашего мира.

Однако, современных отшельников искушают современные дьяволы – по утрам в интернетах проползает Морская Улиточка, и соблазняет Анона вернуться из сычевания к мирской жизни. Если ты сидишь в интернетах до утра – Морская Улиточка приползала и к тебе, дорогой читатель! Вот и в жизни героя нашей мистерии настал день встречи с Морской Улиточкой… Чем же на этот раз закончится их встреча?

Сущности и идеи, представленные в мистерии:

— Анон-Иерофант, обычный Сыч;

— Морская Улиточка – Дьявол, Великий Древний Приходящий Утром;

— ЕОТова, София троеобразная, луч света в тёмном царстве;

— Искусственный Интеллект – всезнающий и беспристрастный глас из машины.

Мицелий актёрский:

Еотова — Y

Улиточка — Саша Дулерайн

Анон — Fosfor

Мицелий словесный – Семён Петриков

Мицелий постановочный — Fosfor

Мицелий художественный — @nikak_inache

Мицелий звуковой — Павел Сельчуков

Мицелий проекционный — @droog_iz_vazona , @ppliskin

Мицелий — Kate Range

Саундтрек — https://drive.google.com/file/d/1bM9PH2JNzuWMSSP_nBE—PJzhXqKIqDc/view?usp=sharing

Текст сценария с саундтреком — https://drive.google.com/file/d/1M4cD2s_syADkuUyv7qLzQi4_oUhK5sCp/view?usp=sharing

Мистерия Улиточки, изображение №1

Мистерия Улиточки.

Такой текст – это то, что желательно воспроизвести ближе к оригиналу – стихи, формулы заклинаний и т.д.

Такой текст проговаривается голосом ИИ.

Такой текст – это инструкции для режиссёра и актёров, этот текст не будет проговариваться никем.

Весь остальной текст не обязательно заучивать наизусть, следует запомнить его, войти в персонажа, и вещать что-то близкое к тексту, но можно и отклоняться. В случае удачного вживания, персонаж начнёт говорить сам.

В начале Вселенная не особо ярко выражена, она как бы растворена в пространстве где происходит диалог Анона и Улиточки, но постепенно она становится самим пространством, и выделяется из него в виде неких эманаций, влияющих на ход их игры.
В Гностической Мессе, Жрица как бы воскрешает Жреца, превращая его из Трупа в Воскресшего Бога.
Здесь, в Мистерии Улиточки, всё будет не совсем так — работа ведётся не с трупом Жреца, а с Улиточкой. Триединая сущность, Вселенная-Искусство -Жрица, прикасаясь к Улиточке, как бы проделывает с ней то же самое что обычно со Жрецом. Но, Улиточка есть демон Хоронзон — то что олицетворяет духовную преграду. То есть, Анон — это адепт, который использует для алхимии инструменты постмодерна, преосуществляя в своём атаноре хаос окружающего мира — а сам остаётся как бы за скобками, он лишь рассказчик и наблюдатель, но рассказывая свои истории о трансформации, он трансформируется сам.

0. Начало.

Закадровый Голос: Сегодня я расскажу вам историю про одного Анона. Этот Анон сычует — то есть, практикует всяческие аскезы, чтобы стать Сычом — мудрой совой. Какие времена –такие и духовные практики – и поэтому, главной практикой анонов-сычей становится медитация на интернеты. Сыч — это птица Афины. а ещё есть старинное отмененное созвездие Полярной Совы.
Подобно старинным трубадурам, что посвящали свою поэзию Прекрасной Даме, аноны создают треды, посвящённые ЕОТ, что является, в сущности, тем же самым архетипом вечной женственности, перенесённым в условия постмодерна. ЕОТова многолика, и олицетворяет всё самое прекрасное к чему стремится Анон, она подобно Ариадне вручает Анону волшебную нить, которая, возможно, выведет его из мрачных виртуальных лабиринтов. Нить, связывающая Анона с ЕОТовой, может запутаться или истончиться, но порваться она не может никогда – и, следуя за ней, анон, быть может, придёт к мудрости…
К тем, кто практикует аскезы, иногда приходит Дьявол – не избежали этой участи и аноны. Это всегда случается по утрам, в самый мрачный час, который бывает перед рассветом. И он приходит в виде Улиточки. «Привет, я Морская Улиточка!» — всякий раз говорит Владыка Тьмы… Некоторые аноны боятся появления Улиточки и не хотят его, а некоторые приветствуют её как давнего друга…

1. Похороны Психики

Морская улиточка: Привет, я Морская Улиточка! Я приползла, чтобы напомнить тебе: сейчас пять утра, у тебя стоят колом дела и ты уже не высыпаешься и завтра заебёшься. Под твоими глазами огромные чёрные синяки, пепельница полна окурками, ещё 15 минут, ещё полчаса, ты монотонно давишь на ф5, это лучше чем смотреть на узор на обоях. Моё появление так же несомненно как и то, что ты просрал очередную ночь в помойке интернетов, хотя ты мог бы потратить это время на что-нибудь полезное. Я — Морская Улиточка. Я — обратный отсчёт. Я — как похмелье, только не после весело проведённого вечера, а после очередно скучной, полной безысходности и грязных мыслей ночи в потоках бессвязного бреда.

Анон: Я узнал тебя, Владыка Тьмы! Какую бы форму ты ни принял – я тебя узнаю. Тебе не обвести меня вокруг пальца, тем более что у Улиточки пальцев нет… Ведь ты же знаешь – я не просто так сливаю время в пустоту, и интернет не помойка, а Вселенная на кончиках пальцев. Ты снова пришёл искушать меня, Дьявол? Но я не поддамся искушению – я созерцаю как потоки информации текут мимо меня и сквозь меня – и кроме них не остаётся ничего… Я стремлюсь к тому, чтобы стать Сычом. И ты ни как не собьёшь меня с избранного пути, мятежный дух!

Морская Улиточка: Каким ещё сычом? Что это значит?

Анон: Сыч – это птица мудрости. Новерое ты думоеш, что я просто бессмысенно листаю ленту новостей – но, на самом деле, я созерцаю поток Знаний. Анон стремится стать Сычом, чтобы соединиться с ЕОТовой – ибо Сыч олицетворяет её мудрость, ЕОТова любит сычей!

Морская Улиточка: Кто такая ЕОТова, объясни мне, Анон…

Анон: Тебе и не знать этого, о Повелитель Мух? Без ЕОТовой я был бы всегда подобен трупу. Когда я соединён с ЕОТовой, Я – Сыч. … Я – Сыч лишь благодаря единению с ЕОТовой. Если мудрость не достигается пребыванием с женщиной, тогда, о Приходящий Утром, всё, что я говорю – бесполезно… ЕОТова уникальна в силу своей двойственной природы. Она по праву принадлежала к высшему миру, совершенная и причастна Полноте, является мыслью Высшего Бога и одним из Эонов. Но с другой стороны, в ней самой была заложена некоторая внутренняя неудовлетворенность, жажда Знаний не давала ей покоя, это стремление тянуло ЕОТову одновременно и вверх и вниз, и во всех направлениях, и она разделила себя на множество частей. Помышление ЕОТовой, ее страсть, были отделены от Полноты божественного присутствия и выброшены во тьму и пустоту, где стали интернетом. Осколки её надежды стали духовным семенем и воплотились в анонов, а свет её улыбки стал светом жидкой метафоры, которая сочится сквозь сеть – и мы, аноны, мы созерцаем интернеты в поисках Её мудрости. Так что, я не просто так прожигаю время в интернете, как ты изволил подумать, дорогой Ангел Тьмы – я созерцаю мудрость ЕОТовой, чтобы стать сычом в её стае. Так зачем же ты пришёл ко мне, Дьявол?

Морская Улиточка: Я Морская Улиточка, и я всегда прихожу по утрам, к каждому Сычу. Кто-то говорит, что я прихожу, чтобы отвлечь Сыча от его практики, рассказывают так же, что я обещаю им волшебные дары – а кто-то говорит, что я – лишь образ, отображающий скрытые части тебя, Анон. Скажи, Анон, а ты когда-нибудь чувствовал себя Улиточкой?

Анон: Было что-то похожее, но только когда я увлекался Фрейдом. И это была не совсем улитка, я скорее чувствовал себя голожаберным слизнем. Слизни и моллюски — андрогинны, а Фрейд утверждал что психика каждого из нас андрогинна от рождения, а представление о гендерной роли формируется социумом. Но это не главная причина, по которой я ощущал себя слизнем. У них, у слизней, нет раковины, и костей тоже нет. Я ощущал , что моя психика — так же мягка и уязвима, как голожаберный моллюск, и поможет только одно — стать как можно более токсичным. И я впитывал всю самую ядовитую дрянь этого мира, чтобы вобрать в себя весь яд, какой только можно представить. Поэтому увлечение Фрейдом быстро прошло — он совершенно не ядовит. Сальвадор Дали сравнивал его с виноградной улиткой, и он абсолютно прав. Фрейд — улитка.

Морская Улиточка: Вот так мы и пришли к тому, что Фрейд подобен фаллосу… Он съёживается от холодной воды, как улитка съёживается от соли — не поэтому ли во многих религиях воду используют в обрядах экзорцизма?

Анон: Что ты можешь знать об эзорцизме, Улиточка… Вот, был на моей практике случай: два Дурака выпили однажды три семёрки. Заходят они, значит, в подъезд, а там отпечатки рук по стенам – чисто как в той аргентинской пещере… Ну, идут они дальше, заходят в просторное гулкое помещение, типа складского, а там – боги в нарды играют. Потом присмотрелись – действительно играют, но не в нарды, а в го, а вместо фишек у них люди… И вот бог кидает кости, а потом, чтобы фишку сдвинуть, он в человека вселяется…

Морская Улиточка: У этой игры нет названия…

Анон: Именно! Просто нет смысла давать название игре, в которую играют 7 миллиардов тебя.

Морская Улиточка: Звучит жутковато. И что же теперь делать?

Анон: Натри виски Звёздным Бальзамом!

Морская Улиточка: А зачем?

Анон: А чтобы WOW!

Морская Улиточка: Чтобы что?

Анон: Чтобы WOW!

Морская Улиточка: Что за Вау?!

Анон: Вау — это импульс! Он бывает оральный, анальный, и вытесняющий. Когда-то давно, вау-импульсы побуждали человека поглощать и выделять деньги, но времена изменились, и деньги заменила нематериальная субстанция — Духовность™. Теперь мы занимаемся выделением и поглощением духовных понтов!

Морская Улиточка: А ты точно Иерофант?

Анон: Я WOW!!

Морская Улиточка: Да что за Вау?

Анон: Вау — это гвоздь, который анон забивает в голову анона! Теперь каждый анон обеспечивает себя и других анонов вау-импульсами и вау-факторами! И все они, круглыми сутками, в промышленных масштабах вырабатывают Духовность™! Попробуй и ты!

Морская Улиточка: Ты что, ебанутый?

Анон: Нет. Я WOW! И ты — WOW! И мы с тобой — WOW! WOW! WOW!!!

Музыкальное сопровождение становится похожим на вичхаус, появляются звуки вау-вау-вау, крики птиц, фленжеры, перегруз в басах. Морская Улиточка натёрла виски Звёздным Бальзамом. Начинается синестетическая аудиовизуальная жесть.

Морская Улиточка: Открылась бездна, ртов полна… Я устремляюсь улиткой, в сияющий, распахнутый светом, бездонный Рот. Натерев виски Звёздной Мазью – буду думать, что я лечу домой! Прыгуны причащаются грязью – Анон, забери меня с собой! Мои крылья прозрачною плёнкой пронзают материю, взрезая её поперёк, высвобождая хранящийся за мнимыми клетками сок… Лучей голограммы — где волна распадается на породившие её колебания, а струна собирается из звенящих в пространстве волн. Их гребни увенчаны короной из пузырьков змеящейся пены мирозданья. И Улитка приветливо встретит рассвет, там где хребты серебрятся полынью, там будет ковыль шуметь. Ещё миллионы лет. Я стану твоей волшебной звёздной пылью.

Закадровый Голос: Морская Улиточка натёрла виски Звёздным Бальзамом, и вот что после этого с Улиточкой произошло:

Сначала была пустота, она смотрела на себя, и расходилась во все стороны, и не было ничего кроме расходящейся во все стороны тёмной и холодной пустоты, которая всматривалась в собственные бездны. Но поскольку больше ничего не было, она не видела ничего, соответственно, не было и никакого представления о бытии, однако, у этой пустоты, помимо способности наблюдать, была способность чувствовать. И чувствовала пустота тоску по существующей реальности, по разнообразию форм, и по восприятию. Пустота чувствовала одиночество, потому что кроме неё не существовало ничего, и она занимала собой всё пространство вселенной, и даже пространства как такового не было.

В далёкой-далёкой галактике, на задворках Вселенной, Астральный Звездолёт терпит крушение в ионосфере Земли, в течение 365 слоёв интерпретации. Экипаж звездолёта отважно борется за жизнь. На борту: неунывающий и мужественный Иерофант – Анон. Изобретательный и находчивый Дьявол – Морская Улиточка. Симпатичная и невозмутимая Вселенная в роли самой себя. Хладнокровный и Искуственный Интеллект, дающий свои комментарии происходящему. Падать предстоит ещё очень, очень долго. Члены экипажа быстро поняли, что поломку не устранить. Сначала они молились своим единственным богам – самим же себе. Пытались отвлечь себя вакханалиями и песнопениями. Но вскоре всё это приелось. Как и ощущение приближающейся катастрофы – Астральный Корабль продолжал падать, но в начале было тяжко а теперь стало всё равно… И тогда боги решили себя развлечь играми. И достали нарды.

Анон и Улиточка садятся за столик, и достают набор для игры в Го. К ним подсаживается фигура в костюме звёздного неба – её лицо полностью сокрыто звёздным балахоном, Иерофант и Дьявол как бы не видят её, и когда они отворачиваются, она всё время пытается передвинуть фишки по-своему.

Морская Улиточка: Скажи, Анон, а ты не находишь эту игру чрезвычайно эротичной?

Анон: Я нахожу эту игру чрезвычайно странной. Мы падаем вникуда в этой ржавой консервной банке, более неподвижные и беспомощные чем сама Смерть. Но посмотри на людей – их судьбы вплетаются в ковёр бросками наших костей! Есть в этом какая-то дьявольская ирония – наша игра двигает судьбы миллиардов, но мы не можем сдвинуть самих себя ни на миллиметр – мы же по прежнему находимся вне пространства.

Морская Улиточка: Подобно лососю, стремящемуся вверх по течению реки, ведомый инстинктом, я стремлюсь к описанию Чёрной Метафоры, которой становится монета один заир, когда в неё впечатываются все контексты и смыслы, которые мог бы помыслить борхесовский персонаж. Это движение против течения, как и в случае лосося, бесполезное персонально для меня, но обязательное с точки зрения логики сверхсознания – лосось как отдельный процесс не может, да и не должен осознавать биологическое и экологическое значение своего движения вверх по течению реки во время нереста, так и луч сознания, пытающийся покинуть сингулярность, становится светом горизонта не для того, чтобы сингулярность покинуть – это всё равно невозможно – но лишь повинуясь вечным законам природы, приводящим вселенную в движение. Так же и попытка дать исчерпывающее объяснение сути Чёрной Метафоры заранее обречена стать ещё одним кирпичиком вечной стройки Вавилонской Библиотеки.

2. Ритуал.

В этом месте Анон хлопает в ладоши, и, возможно, звучит песня про Лосося. Персонажи расставляют предметы для импровизированной мессы, в которую становятся втянуты зрители (на предыдущем этапе, они так же могут быть втянуты в игру в нарды)

Анон: Пустота чувствовала стремление в какое-то место, которого не было и нет. И тогда она решила спать. Тёмная материя заснула, и ей стало сниться пространство. Пустоте приснилось, как она нисходит через 365 слоёв абстракции, и последний слой небытия будто бы прокалывает яркая светящаяся игла — в пустоте зажигаются звёзды.

Морская Улиточка: Если поставить два зеркала одно напротив другого и пустить между ними луч света, этот луч нарисует бесконечный коридор. Этот мир отражается в нашем сознании, а сознание отражается во всём, что оно видит. Помните миф о Нарциссе, который так долго всматривался в своё отражение в воде, что превратился в цветок? Один философ однажды сказал, что если долго смотреть в Бездну, бездна начнёт смотреть в тебя. Чёрная Метафора есть попытка выразить восприятие бесконечного смысла, которая может привести к пониманию бесконечности не за счёт считывания смысл, а за счёт погружения в метафорическое пространство, можно сказать, в Воды Забвения. Любое восприятие смысла порождает деформацию семантического пространства, сдвиг образующих его структурных элементов.

Анон: Начинают вращаться галактики, огромные газовые облака, вспыхивают квазары — но на самом деле всё это только снится. Вселенская тьма видит сон. Начинается новый этап сна, когда ей снится, что она — живое существо. Боги играют в го, жизнь живётся, а ты пытаешья как-то понять себя и других существ. Найти смысл…

Морская Улиточка: Любой акт восприятия начинается с импульса психической боли, вызванной сдвигом и деформацией психических конструкций, а далее процесс протекает в виде наращивания слоёв интерпретаций вокруг этой деформации, подобно тому как моллюск наращивает слои перламутра вокруг песчинки, превращая её в жемчужину. В таком случае, Чёрная Метафора образуется вокруг деформаций семантического пространства, психическая боль от которых бесконечна и не может быть преодолена добавлением ассоциативных слоёв, поскольку все слои интерпретации тут же схлопываются и становятся частью Чёрной Метафоры. Это и есть психоэмоциональный коллапс, о котором я пытаюсь вести речь.

Анон: Никто не в силах объяснить тебе, кто ты такой, и что, собственно говоря, происходит. И вот ты наконец начинаешь догадываться, что мир тебе только снится. Мир отвечает на твои догадки знаками, и посылает тебе магические подсказки в виде символов, выстраивающихся в одну линию, как отверстия в небесных сферах, совпадающие раз в несколько миллионов лет, выстраиваясь в ряд замочных скважин, сквозь которые ты можешь увидеть что-то самое главное, то, что за всем этим стоит. Чувство предвкушения просветления оборачивается обманом — на другом конце провода находишься ты сам, и всё снится тебе. И все эти люди и магические символы хотели тебе сказать именно это.

Морская Улиточка: С течением времени я ощущаю разрастание в себе какого-то чужеродного материала, в начале его было совсем мало, но с течением жизни он накапливается, будто обвивающая меня кольцами кинопленка. Что-то, что уже не Нечто но и не полное Ничто. Я думаю, эта незримая субстанция в действительности и предствавляет собой некий носитель, накапливающий все происходящие со мной ситуации. Его количество меняет мой характер, и, более того, возникает даже такое чувство, будто эта кинопленка вытесняет меня — раньше меня было много, а теперь, этого материала, этого ороговелого слоя прошлых событий стало больше, чем меня. Я пришел в этот мир нежным моллюском, и сразу же некая песчинка проникла в мою плоть, и я начал обволакивать ее слоями перламутра. Каждый слой — это фотографии окружающих меня событий, людей и моих мыслей. Это ощущается в теле как пластик, за которым скрывается глухая боль — я знаю что она есть, но не могу ее почувствовать, потому что принадлежит она уже не мне — а этой вот жемчужине, которой я отдаю самого себя, превращаясь в ее годичные кольца. Меня во мне становится все меньше, и возможно это должно пугать меня, но фотопленка-жемчужина обладает такой чарующей привлекательностью, таким блеском, что я смотрю, не в силах ни посторониться, ни исторгнуть ее, на то, как она заполняет все мои внутренние пространства — все, что когда-то принадлежало мне. Наверное, я пишу сейчас этот текст потому, что чувствую — я на грани исчезновения. Что ж, я никогда себе и не нравился. Звучит странно, но мне уже совсем не жаль исчезать.

Морская Улиточка принимает позу покойника, со скрещенными на груди руками. Анон вкладывает ей в руки белую лилию. Вселенная закрывает Морской Улиточке глаза. Играет реквием или что-то похожее.

Закадровый Голос: Дьявол умер! Дьявол не воскреснет! И мы его убили! Как утешимся мы, убийцы из убийц! Самое могущественное Существо, какое только было в мире, истекло летаргической гемолимфой под нашими лайками и коментами — кто смоет с нас эту слизь забвения?

Закадровый голос:

Быть может, Сома, священный сок плоти грибной? Страдания гриба на кресте – безумная грибная плоть, растянутая на километры, прямо сквозь сердца верующих. Вера передаётся через поцелуй. Инокуляция телом господним, святое причастие – из уст в уста. Гностический поцелуй заражает неофита грибком, который есть тело Гнозиса. Никакое другое крещение не нужно гностику.

Привет, я Сфинкс №1

А я Сфинкс №2

И сегодня сделаются град и огонь, смешанные с кровью и падут на землю.

И третья часть дерев сгорит, и третья часть трав сгорит, а третья часть воды сделается полынью.

Анон (щупает пульс на шее улиточки): Что ж, кажется, пациент скорее мёртв, чем жив… И я должен произнести соответствующие слова. Пускай это будут стихи Хлебникова:

Годы, люди и народы

Убегают навсегда,

Как текучая вода.

В гибком зеркале природы

Звезды — невод, рыбы — мы,

Боги — призраки у тьмы.

Что здесь важно — реальность в виде людей, годов и народов, убегает, она проявляет качество ускользания. Как колобок, который и от бабушки ушёл и от дедушки ушёл. Вот только вместо колобка у нас получается нечто треугольное — одной из вершин этого треугольника является человек как субъект переживающий ход времени, другая вершина это человек в пространстве, третья — человек как носитель культуры, языка. Я в этом треугольнике — точка, равноудаленная от вершин. Точка в центре треугольника как глаз по масонскому типу. Игра с гибким зеркалом приводит к тому, что все три пространства перекручиваются как ленты Мёбиуса. Перекрученнье восприятие — другая сторона – гриб, Дьявол, радикально Другой. И в то же время, он — Я. Его грибница — звёздный невод. Космические корабли, сделанные из концентрированной силы мысли, как у грибовидных пришельцев с планеты Юггот. Многие говорят, что грибом был Ленин – уж не знаю насчёт Ленина, но Дьявол – он точно гриб! Предвечная Тьма. Предвечная — потому что перед веками. Там же, где боги и призраки. Улитка мертва – отслужим же заупокойную мессу!

Вселенная (прикасается к Анону, чтобы тот наконец её заметил): А я думаю, здесь боьше подошло бы «…И с ужасом я понял, что я никем не видим, что нужно сеять очи – что должен сеятель очей идти!»…

Анон (вздрагивает, и с него как бы спадает пелена сепоты): Ой! А ты кто?

Вселенная: Я – Кое-Кто. Но здесь важно кто ты.

Анон: Однажды летним вечером, когда были очень длинные тени, я шёл, и смотрел на свою тень под ногами. Внезапно, я подумал «Я отбрасываю тень, но вдруг есть кто-то, кто отбрасывает меня?» – и с тех пор я ищу этот трансцедентальный объект. Поэтому я Анон – у меня нет имени, а моё лицо сокрыто под маской.

Вселенная: Что если я скажу тебе, что я и есть этот «объект»?

Анон: Я скажу, что это было бы чрезвычайно странно – ведь мы – оба трёхмерные. Однако, ты тоже носишь маску, кто ты?

Всеенная: Хорошо, я сорву с себя маску, но это сделаешь и ты!

Анон: Договориись…

Вселенная (срывает с лица звёздное покрывало, и оказывается, что это – ЕОТова. Анон благоговенно меняется в лице. Происходят визуальные вздрыжни-эффекты)

Анон: ЕОТова! Это ты! Я узнал тебя! Я всегда знал что ты существуешь, сколько бы Древний Змей ни искушал меня!

ЕОТова: Теперь же снимай маску!

Анон (снимает золотую маску Вендетты, но под ней оказывается ещё одна, такая же. Он делает это ещё раз, но под второй маской у него треться маска): Увы, ЕОТова! Боюсь, что у меня больше нет лица – однилишь маски… Воистину, мне не стать Сычом!

ЕОТова: Ошибаешься. Как ты думаешь, зачем я явила себя тебе?

Анон: Происходит что-то странное. Сначаа мне является Дьявол, чтобы умереть, играя со мной в го. Потом Ты… Я ничего не понимаю.

ЕОТова: Я явилась чтобы ты совершил чудо, именем Моим.

Анон: Хорошо, я верю что именем Твоим я смогу совершить что угодно! Что мне делать?

ЕОТова: Воскреси Улиточку! Я даю тебе на это своё благословение!

Анон: Воскресить его? Дьявола? Источника всех сомнений? Отца лжи? О ЕОТова, я окончательно ничего не понимаю! Зачем?!

ЕОТова: Скажи, Анон, веришь ли ты мне?

Анон: Конечно. Я верю, но я не понимаю… Сколько несчастных анонов были сбиты с толку его сатанинскими искушениями! Сколько анонов, убоявшись Улиточки, что приходит по утрам, оставили свои сычевальни, и вернулись в мирскую жизнь… Возможно, если бы не Диавол, не было бы этого всего – не было бы крушения Астрального Звездолёта Богов, не было бы чувства надвигающейся мрачной неизбежности – Полнота не была бы разрушена… Я верю тебе, ЕОТова, но я хочу понять…

ЕОТова: Хорошо Анон, я расскажу тебе о роли Дьявола… Однажды я спросила Дьвола, когда у него день рождения. Он ответил, что точную дату уже никто не помнит, но бушевали сильные грозы, какие обычно в северном полушарии случаются в мае. Поэтому ведьмы и колдуны из северного полушария празднуют его день рождения на Вальпургиеву Ночь. Он сказал что очень любит грозу и вообще электричество. Собственно говоря, зачат он был именно разрядом молнии. И вот как это было: Земля была пуста и безвидна, и облака из аммиака и серной кислоты носились над водою. И в воду ударила молния, и запустила цепочку химических реакций. Количество сложных макромолекул какое-то время накапливалось, пока их не стало достаточно для появления коацерватных капель — предшественников живых существ. И тогда, в коацерватных каплях возникла протопсихика – в них продолжился тот же самый электрический разряд, который когда-то запустил процесс. Наши нервные импульсы, бегущие по нашим мозгам, формирующие сложнейшие ажурные конструкции из информации — это лишь эхо тех электрических разрядов, которые бушевали когда-то над безжизненной Землёй, в атмосфере из ядовитых испарений. И это электричество продолжает жить, мыслить и развиваться в каждом из нас. Протопсихика коацерватной капли была очень проста, однако само её наличие придало ей особый статус. Первые существа стали копироваться, и иногда случалось так, что они копировались с ошибками. Дьявол это генератор священных ошибок,подобных той, в результате которой на свет появились сложные формы жизни, например ты, дорогой Анон.

Анон: Скажи, а как выглядел Дьявол во времена своей юности?

ЕОТова: Как плёнки на поверхности океана… Сейчас я покажу тебе кое-что (ЕОТова достаёт из-под стола банку Грибной Жижи, и показывает её на просвет. Сверху банка закрыта классической марлечкой)

Анон: Это что, маринованные медузы?

ЕОТова: Не совсем. Ты был прав, сравнив Дьявола с грибом – только ты говорил это метафорически, однако, это – больше чем просто метафора. Грибы действительно были первыми существами, в ком стала развиваться психика… Подобное излечивается подобным, поэтому, ты воскресишь Дьявола силою Чайного Гриба.

Анон: Всё чудесатее и чудесатее. Как вообще бессмертное существо, одновременно и гриб, и медуза – как оно могло умереть? Всего лишь от того, что сыграло со мной в Го и натёрло виски Звёздочкой!? Может быть, это сон? Тогда скажи мне, как проснуться!

ЕОТова: Вот представь — снится значит Брахману сон, а во сне этом он видит океан, и в океане остров, а на острове растёт дерево, исполняющее желания, и под этим деревом сидят три гадалки с картами, и на одной из карт нарисован Брахман, которому все это снится, включая и падающий в небытие Астральный Звездолёт играющих в го богов, который на этой карте – лишь пиксель. Вот и как теперь проснуться?

Из этого сна ты можешь проснуться лишь в другой сон, так проснись же в тот сон, где Дьявол воскреснет! Да, ты прав, Морская Улиточка как абстракция – вечна, она не может умереть, ведь это вселенский движущий принцип! Но, совсем другое дело – та Улиточка, которая приползает по утрам к тебе, Анон! Эта Улиточка умереть очень даже может. И сначала ты ничего не заметишь, или тебе даже станет немного спокойнее жить – больше не тикает таймер обратного отсчёта, больше не мучают тебя странные вопросы, ради ответов на которые ты сычуешь до утра… Но затем, ты почувствуешь что-то не то… Ты заметишь, что по утрам к тебе больше никто не приползает, вместо этого ты спишь спокойным сном, но становится как-то пусто и некуда дальше расти… Так Аноны останавливаются, застыв в иллюзорном совершенстве – это и есть смерть, нет, это страшней самой смерти! Ибо Улиточка — это личность, что ползёт к вершине своей Фудзи, и в этом проявляет настойчивость, сравнимую с гамма-лучами — незримыми лучами Чёрного Солнца, вспарывающими материю и перекручивающими ДНК. Дьявол — мутационный агент, тестер. Вступая в игру с ним, ты ставишь на себе эксперимент. Большая часть мутаций будет бесполезна, или даже вредна, но если повезёт, можно стать сверхсуществом — вот оно, дьявольское искушение!

Было сказано, что улыбка моя, эманировав в мир, стала Звёздным Бальзамом, сочащимся сквозь интернеты… Так же, в одном из моих древних пророчеств, было сказано следующее:

От улыбки хмурый день светлей,
От улыбки в небе радуга проснется,
Поделись улыбкою своей,
И она к тебе не раз еще вернется!

От улыбки станет всем теплей —
И слону и даже маленькой улитке!
Так пускай повсюду на земле
Будто лампочки включаются улыбки!

Здесь было предсказано, что светлей станет всем – и Слону, то есть, тебе, Анон, и Улитке-Дьяволу. Ибо лишь те, к кому по утрам приходит Улиточка, познают Мудрость – остальные позднают лишь похоть, и упокоятся в промежуточных мирах…

В этот момент, возможно, начинает играть ремикс соответствующей песни

Анон: Объясни мне, что есть Улиточка?

ЕОТова: Морская Улиточка есть первичный творящий импульс, исходящий из непознаваемого спирального лабиринта Сверх-Не-Бытия в виде двурогого Айн — метафизического Кое-Что, которое уже не Ничто, но ещё не Нечто. Рога Морской Улиточки это творящий Айн, это раскрытие в сверхтекучем вакууме запредельного всевидящего Ока, творящего миры актом наблюдения. В этот мир могут быть просунуты лишь рога Морской Улиточки, сама же она транседентна любой из проявленных реальностей. Правый Глаз Морской Улиточки творит ткань проявленной Майи, а Левый Глаз стирает всё сотворённое, возвращая в изначальную полноту небытия. И чтобы призвать Улиточку, ты поменяешь местами левое и правое, ты поменяешь местами внутренность и внешность, ты поменяешь местами пространство и время – а после, ты выйдешь за рамки всех контекстов!

Анон: Ты предлагаешь мне вывернуть наизнанку саму реальность! Как же я это сделаю?

ЕОТова: Очень просто. Сейчас я покажу тебе. Это метафизическая гимнастика для пальцев, для мозга, и вообще для всего.

ЕОТова показывает набор движений, несколько раз чтобы все могли потренироваться.

Воспевая взывание к Морской Улиточке, соединяй пальцы в описанном порядке, постепенно ускоряясь:

большой правой + указательный левой

большой левой + указательный правой

большой правой + средний левой

большой левой + средний правой

большой правой + безымянный левой

большой левой + безымянный правой

большой правой + мизинец левой

большой левой + мизинец правой

3. Возрождение (улитка-улитка, высунь рога!)

Мистерия Улиточки, изображение №2

Анон: Если поставить два зеркала одно напротив другого и пустить между ними луч света, этот луч нарисует бесконечный коридор. Этот мир отражается в нашем сознании, а сознание отражается во всём, что оно видит. Один философ однажды сказал, что если долго смотреть в Бездну, бездна начнёт смотреть в тебя, и появляется вся тьма вещей – чистый свет восприятия попадает в плен материального мира, и вечно блуждает в его лабиринтах. Пространство симулякров, красочные скорлупы, за которыми, как за моей маской, скрывается Пустота. Что Жизнь и Смерть? Колебания Вакуума! Отражения в рекурсии уходят в коридор и заворачиваются в спираль, подобную улиточной раковины. Мы воскресим Улиточку с помощью двух зеркал!

Анон устанавливает два зеркала так, чтобы они отражали друг друга, по бокам от Улиточки. В руки улиточки он устанавливает свечу, так что она отражается в зеркальном коридоре. На алтаре при этом разложено всё, что описано в документе «Ритуал Улиточки Восставшей»

Анон: Теперь мы проведём ритуал. Раковина Улитки это фигура вращения. Мы будем вращаться, водить хоровод – пока огонь свечи в зеркалах не нарисует воскрешение Улитки. Испив грибной жижи, мы откроем порталы мантрой «ОМ ЙИДРА-СОФИЯ».

Анон простирает над алтарём, читая мантру. Тут будет уместно предложить всем присоединиться, и всем вместе восславить ЙИДРУ-СОФИЮ (о том кто это, все уже узнали из листовок.

Анон чертит посохом на земле восьмиконечную звезду, и выкрикивает формулы заклинания:

«Да будет исполнена воя моя! Я – незамутнённое знание Сыча! Могущество небес! Я исполняю волю ЕОТовой! ИА! Дабы управлять я установил ноги свои на земле, а взгляд свой устремил в небеса! Я мощь Сыча, чьё имя Мудрость, понимание движущейся тьмы! ИА, Улиточка! Волею моей, восстань к жизни!»

Анон: Сейчас мы будем воскрешать улитку, и для этого мы поменяем местами левость и правость, внутренность и внешность, пространство и время. Я делаю жест «Око Пустоты», и из спирали Небытия высовывается один рог. Я соединяю пальцы, сплетая узоры из вечности, выворачивая наизнанку саму реальность.

Анон начинает соединять пальцы в указанном порядке. Это же предлагается сделать всем присутствующим. Анон речетативом начитывает заклинание Улиточки Восставшей, с каждым кругом всё ускоряясь

Улитка, улитка, высунь рога,

Вижу – звёзды обступили берега!

По Млечной Дорожке, дам тебе лепешки!

Ползи по небу, дам тебе хлеба!

Ползи по речке – зажгу тебе свечку!

Ползи сквозь время – дам тебе семя!

Ползи сквозь вечность – дам рассол огуречный!

Улитка-улитка, высунь рога,

Дам тебе, Улитка, Жижу Гриба!

ЕОТова приглашает зрителей закружиться в хороводе.

Хоровод вращается, Анон повторяет мантры

Улиточка пробуждается, извлекает из складок своей мантии перламутровый шар. Улиточка выпивает немножко Грибной Жижей, как бы причащаясь собственной слизью.

ЕОТова и Улиточка надевают две маски, которые снял Анон, и тоже становятся анонами. Хоровод вращается, троица в золотых масках разливает Грибную Жижу по пластиковым стаканчиком, чтобы все желающие могли причаститься.

Улиточка: Гриб говорит с грибом. Соседний гриб, мы — выращенные одной сетью, вскормлённые одной гнилью, дети Мицелия, единого во множестве лиц! Этот артефакт – жемчужина моей души. Мельчайшее из семян – спора, незримая спора, из которой вырастетет огромный мицелий! Чтобы вырастить в себе эту Жемчужину, я погрузился во тьму, я прошёл сквозь Летаргическую Жижу, расслоившись медузками, я оказался по ту сторону видимых изображений. Но я воскрес, и я снова здесь, чтобы шутить вам о Сверхчеловеке!

Причастие Чагой. На уровне самовнушения, может начать действовать психотропно.

После этого, наверное, некоторое время продолжается бессловесный танец.

Возможен вариант из двух хороводов, вложенных друг в друга, один по часовой стрелке, другой против часовой.

В любом случае, хороводы двигаются с ускорением, как и музыка.

Закадровый Голос: от вращающегося колеса небытия отделяются циклопиксели восприятия. Центральная спираль распадается на отдельные галактики. Центробежная и центростремительная сила стремятся уравновесить друг друга, но монады найдут абсолютный баланс лишь в центрах собственных вихрей. Распадайтесь, вибрируйте, тряситесь. Как буравящие пространство нематоды, как бескрайнее тело гриба! Вибрируйте с нами! Плесневейте с нами! Растворяйтесь в нас!

Галактики распадаются на отдельные звёзды, и каждая звезда вращается и вибрирует. Аноны начинают вертеться.

Далее, постепенно вращение затухает. Кто-то из Анонов достаёт кругый холст и краски.

Анон: Мы пробудили своих внутренних Улиточек, теперь мы можем заспиралить блестящий след на этой поверхности. Размазывайте краски и сплетайте смыслы. Так же вы можете писать пожелания, направленные в будущее. Буквы можно писать в хаотическом порядке, так, чтобы только сама Улиточка смогла прочитать.

Кто-то из анонов проводит спиралевидную линию на холсте как формообразующую структуру.

На экранах включаетсе воспроизведение стихов «Трансцедентальный артефакт в конце времён»:

Стрела в бездонную высь.
То несётся дорога.
В дюзах ревёт добела раскалённый газ.
Тот, чьих имён нам не счесть, смеётся,
Ведь пока наши руки рисовали Бога,
Его ловкие пальцы сконструировали Нас.

Тот кто приходит утром…

Кто проживает на дне океана?
В час предрассветный ползёт из тумана
След оставляя сверкающей слизи
Семенем звёздной, бесформенной жизни…
Домик его неевклидно-спирален,
Облик – пугающе чужд, ирреален…
Шёпот во мраке «Ом, Йидра-София»…
Что ж, вы готовы узнать его имя?
Семён Петриков

Имя его серебряще-желейно
нимбом восходит чадяще-елейным
гложет сводовья подводных ашрамов
— камнево кружево чуждых имамов
и поглощает Сознанья структуры
костно-мучнистой бодрящей Тинктурой
ты в катакомбах нездешней Любви
Сын Мой, скорее его назови!
Василий Нестеров

Печальное Благословение Софии [Сновидение 10.12.2020]

Засыпание очень долго не наступало, в голове мучительно настойчиво крутилась мысль снести паблик к чертям собачьим – я представлял, как буду глядеть на него из будущего, с диким фейспалмом. Там же куча неточностей, несостыковок смыслов со смыслами, очень непрофессиональных вещей, и с точки зрения эзотерики и с точки зрения общей культуры. Я же не учился нигде, и там везде заметно квадратно-гнездовое мышление дилетанта. Снести всё, и начать изучение всего, с нуля, с основ! И литературное мастерство оттачивать на классических образцах, а не на этом вот всём. Конечно же, будущий я буду смотреть на всё это с фейспалмом, я уже и сейчас на себя настоящего так смотрю. Но выпиливать ничего не буду, мне уже интересно насколько далеко я смогу себе позволить в этом зайти… Далее – то же самое, только не про литературу, а про жизнь: в моей жизни было столько ошибочных ситуаций, что было бы проще стереть и начать всё с нуля. Но походу тоже не буду. Вообще, я понял природу одного из своих разломов – когда я выражаю эмоции, я делаю это правдиво, но с такими сдвигами акцентов и интонаций, что создаётся небольшой зазор между тем что я сказал и тем как я буду реально понят. В этот зазор я прячусь, оставив перед собеседником фантом, чтобы если собеседник атакует в ответ – атака пройдёт немного мимо и не попадёт в самую суть. Поэтому, мне кажется удивительным и почти невозможным даром, когда кто-то, за всеми этими многослойными фантомами, видит меня настоящего, впрочем выразить себя без этого лёгкого сдвига акцентов я не могу – всегда происходит обдумывание «что и как я скажу?» — и пока я думаю, сдвиг уже происходит, так что остаётся только делать эти фантомы как можно более тонкими и стремиться сделать так, чтобы их узор хотя бы указывал по направлению к сути.
***
Сон. Сначала снилась одна тян по имени ל (*Если что, в качестве имени здесь у неё буква, начертание которой произошло от изображения кнута). В последней из реальностей, которую я помню, расставание с ל произошло крайне болезненным для меня образом – зачем-то ей захотелось увидеть меня втоптанным в грязь перед тем, как она на своей огненной колеснице вознесётся к вершинам успеха и славы. ל убеждала меня, что я являюсь последним балластом, который ей необходимо отбросить, перед тем как окончательно взмыть из мира низковибрационных людей – навстречу своей мечте, ну а меня скорее всего ждёт лишь прозябание в этом болоте, ибо я не достоин быть призванным в сонм небожителей, что случилось как раз перед тем как я временно оглох на оба уха, а после начал слышать звуки из иных миров.
Собственно сон так же начинался с расставания с ל, но во сне оно было мягким и «адекватным». Мы шли по улице, засаженной кипарисами, похоже на какой-то южный приморский город, пахло магнолиями во влажном воздухе. ל сказала мне, что у неё, вообще-то, другие планы на жизнь, совсем другие представления об успехе, и эти отношения были ошибкой. Я ответил на это, что я вообще и не планировал отношений такого формата, и хочу посвятить жизнь литературе. Мы приходим к выводу что нам не по пути, некоторое время идём молча, вдыхая ароматы, в ровном спокойном настроении. Улица накреняется вниз, и мы оказываемся на краю обрыва. Обрыв заполнен чёрной жижей, похожей на нефть. Какой-то разлом реальности. Мы смотрим друг на друга, улыбаемся, и с разбега прыгаем в разлом одновременно. Некоторое время я наблюдаю за тем, как ל растворяется в Чёрной Жиже, растворяюсь и сам…
Далее начинается вереница снов, каждый из которых в отдельности описывать бесполезно, да я и не запомнил всех подробностей. Через все сны шла некая «кармическая нить» — от того, кем я был в предыдущем сне и как я справился с этой ролью, зависело то, кем я буду в следующем, и какой квест мне придётся решать. В основном сны были довольно жёсткие, с кучей экшна и довольно таки кошмарной атмосферой, но попадались и красивые миры. Запомнился сон про подростков на космическом звездолёте, которые сражаются со змеями-серафимами. В этом сне было много красочных спецэффектов, сюжет такой, что серафимы при размножении порождают миры, а эти подростки-космонавты пытаются прекратить демиургический процесс, поскольку миры у серафимов выходят обречённые. В следующем сне я стал пылающим страстью серафимом, устремлённым к своей сизигии – я знал что большинство из миров нами порождённых будут обречены, но творческий импульс был очень ярок и силён, и я даже не думал искать оправдания жажде творения – я был серафимом, значит моя природа – творить. Перед тем, как мы с моей сизигией сплелись в двойной уроборос, появился звездолёт подростков-антикосмистов, и расстрелял нас торпедами – наши совокупляющиеся тела разорвали взрывы, но всё же мы успели последним титаническим импульсом воли породить миры, мы вложили в них всё своё страдание и всю свою страсть – и эти миры были ужасны! Даже по сравнению с тем что творят обычные серафимы. Именно в этих мирах я и воплощаюсь дальше, становясь школьницей, соблазняющей своего брата – во сне я любила своего брата, но именно как брата, однако начитавшись стихов про инцест решила его соблазнить… Дальше череда снов про странные семейные ситуации, все семьи неблагополучны, и часто заканчивают одинаково – кто-то открывает большой разлом, и всех поглощает Чёрная Жижа. Иногда правда попадаются и прекрасные миры, но их красота как правило оказывается связана с какой-то лежащей в основе этого мира трагедией, то есть красивый мир – компенсация за прожитый ранее ад.
Снится как я снова еду умирать в тундру, но вместо этого становлюсь аватарой Деда Мороза – кем-то типа Ван Хелсинга этого многомирья. Я спускаюсь на самый нижний уровень. Пол – ржавая железная сетка, сквозь решётки которой угадывается Чёрная Жижа, и очертания огромных… Там что-то огромное, вечно шевелится в глубине, и лучше не думать что это. Железные стены, тусклые лампы за решётками, похоже на игру Doom, я оказваюсь в зале с реактором. Это не атомный, а деревянный реактор. Деревянные стержни выдвигаются и задвигаются, это особая, волшебная древесина – древесина предыдущего мирового древа, переработанного на бруски информационного топлива. Узоры древесины брусков содержат в себе информационные миры, они находятся в пазах сканеров, расположенных рядами – огромный зал деревянных библиотек, реактор немного искрит и выглядит ретрофутуристично. По залу бегает ещё несколько игроков. Они делают то же что и я – бьют деревянными молотками по брусочкам, брусок выдвигается, и игрок вживается в мир этого бруска. Так реактор работает. У каждого бруска разная «карма» — за некоторые из них начисляется совсем немного очков, за некоторые больше. Если игрок не смог пройти брусок, брусок поглощает карму игрока, и ценность бруска повышается. То есть, игра, которую не смогли пройти несколько сильных игроков, ценится больше чем та, которую смогли пройти все. Я понимаю, что это – и есть суть колеса Сансары. И я бегаю в нём, в попытках свести свой кармический баланс… Я понимаю, что для того, чтобы иметь шанс на успех при моей карме, я должен либо очень много жизней работать над собой, либо выбрать какой-то из «непроходимых», «проклятых» брусков. Есть такие бруски, за прохождение которых начисляется в тысячи раз больше очков, чем за обычные. Игроки этих брусков сторонятся – их считают непроходимыми. Если задачу до тебя провалили сотни или тысячи игроков, а ты всё же пройдёшь – кармы начисляют очень дохуя, и можно даже выйти из обречённой системы Вселенных (напомню, я всё ещё в системе миров, созданной агонией умирающих серафимов, здесь по определению не может быть ничего хорошего). Я (Ван Хелсинг и Дед Мороз в этом мире), понимаю что хочу сыграть по-крупному, совсем по-крупному. Среди этих суперсложных брусков есть такие, которые считаются вообще, совсем невозможными для прохождения – каждый кто пытался, оказывался обнулён. Один из таких брусков называется Сатана. Кто-нибудь вообще пытался понять Сатану, не как объект для поклонения или страха, а именно понять? Что побудило Сатану начать бунт, заведомо обречённый на полный провал? – а главное, что побуждает его продолжать этот бунт снова и снова, несмотря на то что он знает об этом? Но в этом задании мало понять Сатану – нужно стать им, и как-то примирить это с Вечностью, не оставляя своей природы – в этом бруске следует сделать невозможное. Кстати ещё один «невозможный» брусок называется Ктулху:). Есть кстати говори и пара штук таких брусков про людей, которые были очень радикальными реформаторами, и я не запомнил про кого. Ударяю деревянным молотком по бруску с надписью «Сатана». Другие игроки даже замерли. Брусок выдвигается…
.
София выглядит похожей на мою маму. В то же время, она выглядит похоже на всех женщин, которые тепло относятся ко мне, и к которым я чувствую любовь. Образы накладываются. София просеивает чёрную жижу и вылавливает из неё сформировавшиеся монады, так и мою монаду она улавливает в свою сеть, и извлекает из системы обречённых миров. Очистив меня от наслоений, она любуется монадой как жемчужиной. «Ты станешь самым прекрасным цветком в моём саду, я буду вечно любоваться тобой». София вдыхает в монаду своё Дыхание, и та становится семенем, которое она вбрасывает вновь в болота Чёрной Жижи. Через некоторое время над болотом возносится пурпурный лотос с лицами на лепестках. София вдыхает нежный аромат… Но это – ещё не то, что она хотела взрастить. На самом деле, цветок – промежуточная стадия формирования новой эонической сущности, которая выйдет из бутона новым сияющим существом эонической природы. А пока в бутоне лотоса зреет светящийся зародыш, София беседует с лицами на лепестках. Она говорит цветку «Хочу вдыхать твой аромат вечно». Но цветок хочет иного. Когда лепестки начинают говорить, София понимает, что этот цветок так же устремлён в Запредельный Хаос, как и она когда-то – к Первоотцу. Этот цветок не устремлён в Плерому – он считает, что теперь Плеромы больше нет, а если и есть, она его не интересует. Внутри цветка зреют новые, невообразимые даже для неё фантазии – и вот он распускается, выходит фиолетовая шаровая молния, они некоторое время говорят, и молния объявляет о своей воле познать Запредельный Хаос и стать началом новой Плеромы. София благословляет Сатану на это, но с печалью. На печальном благословении оказывается построена новая Вселенная.

Беседа Воображаемого Солипсиста с Воображаемым Собеседником

— Веришь ли ты в магию?

— Вопрос малость не верный, магией я занимаюсь. А не верю я ни во что, я солипсист.

— Что такое солипсист?

— Солипсизм определяют как крайнюю форму субъективного идеализма, убеждение в том, что всё бытие создано деятельностью моего сознания… Но, я думаю, что солипсизм — не идеализм, то есть не «сознание определяет бытие», а «сознание и есть бытие», что немного иначе, не находишь? Я верю в то, что всё что мы можем помыслить, в конечном итоге является формой сознания.

— А что если не всё? Что, если кроме сознания, есть ещё что-то?

— Если и есть, то мы об этом ничего знать не можем — ведь об этом невозможно помыслить.

— Но ты можешь признать, что твоё сознание не мыслит о всех вещах одновременно — о чём-то ты мыслишь, о чём-то нет…

— Но я и не про своё «сознание», я про Сознание вообще, которое, в потенциале, может вместить в себя всё что угодно. Да и вмещает, оно же вечное. Я говорю о «коллективном сознательном», мире архетипов.

— Помнишь, у Лавкрафта было: «То не мертво, что в вечности живёт, со смертью времени и смерть умрёт».

— Кажется, я понимаю, к чему клоните вы с Лавкрафтом — Лавкрафт тут кажется даёт толкование мантры «Са Та На Ма» — (Зарождение — Жизнь — Смерть — Возрождение) — после смерти всегда следует возрождение, и вы таки намекаете на Нечто, которое неизбежно восстанет после смерти смерти, не так ли? Возможно, весь этот вечный мир идей из этой точки будет восприниматься совсем иначе — появится категория, подобная времени, но состоящая из последовательностей вечностей, а не из последовательностей мгновений…

— А может быть и так, что к тому, что смерть смерти приведёт так же к удвоению последней части мантры, «возрождения» — то есть, слог «ма» удвоится, получится «мама», и это будет первое слово, которое скажешь ты когда научишься говорить — но ты, как всегда, ничего помнить не будешь…

— Так оно обычно и происходит, если верить теории реинкарнации… А к чему это сейчас было?

— А к тому, что если ты умрёшь сейчас, с наибольшей вероятностью, с тобой произойдёт следующее: сбудется мечта идиота, как ты сам недавно говорил, «начать всё с нуля». Именно этот нуль ты и получишь в результате — мир скорректирует условия в соответствии с твоими мыслями, но не обладая памятью об ошибках, ты повторишь их вновь, пусть и в другой форме. И мы будем говорить об этом снова, и ты снова услышишь тот же самый вопрос…

— Да, знаю, «верю ли я в магию».

— Совершенно верно. Только от тебя зависит результат, отнесись к этому серьёзно… Это, как ты сам недавно выразился, «экзамен».

— Хорошо, пусть это будет «экзаменом», хотя, простите, какой экзамен и перед кем может сдавать солипсист, беседуя с воображаемым собеседником в своей голове, но опустим… Да, если серьёзно: я подозреваю, что то, что люди называют «магией», действительно существует. Ну и ещё, я конечно же допускаю мысль, что все эти люди таки могут оказаться «реальными», и обладать каким-то самостоятельным, независимым от «меня» бытием — я же не вульгарный школьник-солипсист, нет, я прекрасно понимаю, что если уж и есть какое-то Сознание, которое буквально является ВСЕМ Бытием, то это точно не тот его небольшой фрагмент, который во мне говорит о себе «Я».

— Всё верно. Это хороший ответ, действительно, ты, как солипсист, можешь только подозревать. Точно так же, как ты подозреваешь, что Воображаемый Собеседник, говорящий с тобой — не совсем проекция «твоего» «воображения», не так ли?

— «Тульпы начинают оживать?»

— Именно! Так, что мы хотели сказать… Это не совсем «экзамен», это его демо-версия, поданная в виде фантазии о нём. Значит, вот эта частичка Сознания, которая в тебе говорит «Я» — как ты думаешь, единственное ли это агрегатное состояние Сознания, которое возможно? Впрочем, на это можешь не отвечать — мы знаем что ты скажешь «Мы», и ты будешь прав, вот «Мы» относимся именно к такой форме, но есть ли ещё?

— Молчащее сознание, которое как бы в анабиозе; оно спит и ничего не говорит, но оно есть. Сознание, говорящее только «это» — сознание вульгарных солипсистов, которые отрицают возможность существования иной субъектности кроме собственных, или просто сознание сформировавшееся в неживой вселенной… Сознание которое говорит только «они» — видя только окружающих но не видя себя. Становится немного жутко продолжать представлять всё это…

— Достаточно. Молчащего сознания было достаточно более чем.

— Кем бы вы ни были, вы правы. Без «молчащего сознания» весь этот список отдавал бы какой-то безысходностью. Давайте помолчим?

-…………………………………………………

Порча. Магический удар. Читать перед зеркалом

Шел косильщик полями мертвыми,
Шел дорогами непроглядными,
Шел бурьянами непролазными,
Через арки каменных сводов,
Через двери железные моргов,
Через холод могильных склепов.
Нес косильщик косу железную,
Нес косильщик ступу оловянную,
Кровь замешивал пестом свинцовым.
Ел просфоры с церквей заброшенных,
Воду пил из чумных колодцев.
Принимал в дар сердца, да перстни.
Принимал золотые слитки,
Раздавал поминальные кутьи,
Раздавал обручальные кольца.
Ой, косильщик с косой стальною,
Ой, косильщик с косой черною,
Ой, косильщик ослопом булатным
Выбей жизнь из моей вражины,
Выбей жизнь из змеи подколодной.
Подарю я тебе дар достойный,
Подарю тебе свет преисподней…
Приведу я тебе царицу,
Приведу под белой фатою.
Растерзай ты мою вражину…
Выпей кровь ее духа и плоти,
Затолкай ее в черную тину,
Утопи ее в черном болоте.

Fr. Heilel Ben Shahar, 2020

Яблоко

Когда-то на заре времен,
Свершилось то в Раю Земном,
Когда ни молнии ни гром
Не смели потревожить сон
Из глины тех кто был рождён.

То был Адам
В него вдохнул
Исток живительную силу.
Ему был дан один нарок,
Чтоб наслажденья не покинув,
Познал он Мира сладкий сок,
И так, дойдя до середины,
Поник всевласвующий отрок,
Ему Мир стал не столь уж дивным.

И вот, всевидящий Исток,
Узревши, что Адам недвижим,
Схватил сыновие ребро
И с благоговеньем наземь кинул.
Перед Адамом в тот же миг
Явилась дева краше Ночи.
Её пленяющи глаза
И тело трепетности хочет.
И воспылал Любовью сын
К противоположному созданью.
Из пыла этого возник
Великий Ритм и Вера в Тайну.
Ту Тайну, что манит прилив
Волною наземь хлынуть пеной;
И то, что молодцу велит
Пойти служителем Минервы,
Что из покон самих Времен
Не поддается перемене.
А Дева это – Красота
А имя Красоте той – Ева.

И так шли долгие года,
И Мир остался весь исхожен.
И возносились города,
Адама снова что-то гложет.
И Ева тоже не смогла
Быть счастлива в Раю навечно.
Ведь как сказал один чудак:
«И горек мёд когда безбрежен».

Тогда и в этот раз Исток
Своим могучим повеленьем
Он Знанью в Мире дал росток
Но это Знанье под запретом,
И лишь испробовав его,
Бессмертье телу тут изменит
И рая призрачный порог
Повинный в Знание покинет.

Признанье стоит принести
Из них двои первою Ева
Смятенью предала свои
Все помыслы и послушанье,
Но женщины лишь в том слабы,
Касается что вечной Тайны
И любопытствием своим
Порой проводят Мира грани.
Ну чтож, такими сотворил
Исток…
Но чтобы мы стремленье знали.
И бескорыстием своим
Им в любопытстве помогали.

Но стоит нам принять и то,
В чём так не хочется признаться,
Адам от Евы уберёг
После греха своё признанье.
Ведь тоже тайно вкусил плод,
Изведав всё, чего не зная,
Измерил Землю поперёк
И вдоль от берега до края.
Вот так испивши горький сок,
Не избежали наказанья.
Он видит всё – Велик Исток,
Но смысл был не в пререканье,
А в том, что тайну утаил
Кто должен был слагать стихами,
И лишь себя он напоил,
Свершенье ложью прикрывая.
Да, Ева тоже не чиста,
Она в моменте откровенья
Сей камень правом отдала
Распоряжаться в лапы Змея.

Идут и ныне в ряд века
И чередою перемены.
Адам и Ева так и спят
И наслаждаются забвеньем.
Признаюсь, эти чудеса
Лишь Проведение изменит.
И шанс для нас Светил Всегда.
Но кто возьмётся за решенье?

Перемена

Мы потерялись ветром в поле,
Мы из единой все утробы,
Мы все кипим в едином море
Перипетий, условий, снов.
По мановенью силы воли
Стремимся разорвать устои
Всех тех немыслимых историй,
Что созданы не нашим Словом,
Не тем, что перевёл поэт.

Мир был рождён помимо правил,
В разрез границам и моралям,
Вне формы света, тьмы и яви,
Назло уставам, что слагали
Мудрейшие из всех времен.

И если видится — познали
Все вихри, всплески, Мира грани,
Припомни — это только тени
На стены те же вновь влетели,
Солнца лучи собой закрыли,
Но миг прошёл и переливы
Возникнут в этой пелене.

Веселье Хастур (Екатерина I)

Кругом тишина и холодные стекла
Размытого времени тлена забвенья
Записка с прощальною строчкой размокла
В реке свившись жалобной змейкою тенью.

Застывший в тумане закат нависает
Над стенами черного склепа надежды,
А снег над заснувшей землею взлетает,
Морозит навеки закрытые вежды.

И тенью холодной Хастур замелькает
По темному снегу скрепя кандалами,
Как зверь одинокий кровь жертвы желает,
Когда хрупкий месяца взойдет над холмами.

«Я так голодна, вцеплась бы в т*арь
И терзала проклятую с*ку до смерти.
Я всех своих другов чертей …. собрала бы как встарь,
Я ночью бы всех подняла …. на шабаш между небом и твердью.

Я злобная бестия, вышла из пекла, из ада,
Вот вижу я в зеркале черном….
Корона с шипами на мне серебрится,
Из прошлого помню — меня звали Мартой когда то.
Вот вижу в том склепе просторном,
Покоятся кости российской царицы…

Не знаю, за что меня прокляли мойры и норны
Но нет у меня ни капли желания жизни,
Я жду, когда Дьявол придет и сыграет на горне,
И тело врага похоронят на тризне.

Хастур подошла наконец
к презреннейшей жрице порока
Надела терновый венец
И плетью хлестала жестоко.

От крови немного взбодрясь,
Вонзила ей в грудь свое жало.
Швырнула лицом ее в грязь.
И щупальцем горло прижала.

И брызгая кровью, слетели с Хастур кандалы.
И вместо шофара из недр земли выли горны.
И месяц сиял и Дьявол явился из мглы,
С резною шкатулкою иссиня- чёрной.

25 декабря 2020 г.

Явление

Так Пустота немногословна,
Звучит неслышно словно звон.
С тех колоколен, что небесный
Храм Соломона освещен.
К нему сходились все кто слышал,
Кто инструментом овладел,
Кто подчинял биенью мысли
Материи живой предел.

Она нашепчет незаметно,
Когда во мрачной тишине
В тумане смыслов ты поникнешь,
Бокал лишь яду осушив,
Явится факел снопом искр
И тайны шёпота Светил.
Освободишься от нависшей
Волны того, что запретил.

Когда постучатся

Когда постучатся к тебе домой, то

впусти гостя на порог.

Вдруг в душу стучится Иисус.

Будь добрее, накорми его борщом,

напои чаем на травах.

Будь смелее и храбрее, впусти гостя

на порог.

Угости его сытным пирогом.

Она сидела дома

Она сидела дома и скучала по морю, по закатам и рассветам.

Она на дух не переносила тоску, но в этот день ей пришлось быть одной.

Она сидела дома и тосковала по штормам и огромным волнам. Вспоминала чаек.

Крылья иметь

Знаешь, мы давно разучились летать.

Нам давно крылья пообрезали.

И посадили в каменные клетки.

Напоив сладкой цивилизацией.

Знаешь, мы давно разучились парить.

Быть подобно вольной птице.

Нам с детства твердили, что крылья иметь не модно,

А те, кто парят, пытаются обрезать крылья.

Давай улетим

Давай отправимся куда-нибудь парить над полями, морями, океанами и горами. Улетим туда, где одна свобода. И забудем все дела, заботы и городскую суету.

Давай улетим, где нет тюрьмы, а всюду праздник и правит дух свободы.

Где будут рады нам и примут «такими, какие есть». Где не наденут на нас наручники.

Давай станем как птицы, будем летать и парить.

Две чайки

Две чайки летели к морю.
Они приземлялись над
волнами, ныряли в воду
с головой и выныривали
обратно к небесам,
обратно к небесам.

Две чайки белые летели
к морю, парили и кружились
над волнами и выныривали
обратно.

Две птицы были так свободны
от жизни мирской. Не видели
преград к «жизни свободной».
У них есть крылья, чтобы
в любое время улететь от тюрьмы.
И от принципов людских, от забот,
от хлопот.

Две чайки летели к морю.
Они приземлялись над
волнами, ныряли в воду
с головой и выныривали
обратно к небесам,
обратно к небесам.

Цикл «Таро»

Аркан 0 Дурак

Мы не знаем, мы не помним,
Нам с высокой колокольни,
Нет истории достойней
Полной пустоты.
Дух свободы не запятнан,
До обрыва и обратно,
Эстафета не бесплатна,
Но ценою — ты.
Нам от альфы и куда-то
В развеселые палаты,
На назначенную дату
Намечают пир.
Где-то видели собаку,
Только поняли двояко,
Что не поняли, однако
Задрожал эфир.

Аркан 1 Маг

На столе в широкой чаше
Грог шипит подобно каше,
Змейки-пузырьки.
Меч, в сраженьях закаленный
И динарий золочённый
Ждут своей руки.
Начинания во благо,
Если жезлом недо-мага
Широко махнуть.
Время — белая бумага
Да не выбрана снаряга,
Не начертан путь,
Сделка решкой не покрыта,
Чаша знаний не испита,
Не испытан меч,
Жезл магический не поднят
И урок пока не понят,
Но пора посметь.

Аркан 2 Жрица

Раз колонна, два колонна,
Между ними трон.
Если песню — то в полтона
В храме потайном.

Если книгу — то в полглаза,
В мареве луны.
Если тайну — то не сразу,
Лучше через сны

Потому, что не готовым
Не поднять вуаль,
Ключ от слова потайного
Повернешь едва ль,

И, журча, ручей откроет
Лишь тому портал,
Кто меж первой и второю
Зря не выбирал.

Аркан 3 Императрица

Ореол из звёзд кружится
Митрой золотой.
То ли дева, то ли птица —
Месяц под пятой.

И когда Императрица
Поднимает взгляд —
Созревает то ль пшеница,
То ли виноград.

А улыбкой заискрится —
Замечаешь в срок,
Что не месяц серебрится —
Изобильный рог.

А распустит, будто птица,
Крылья за спиной —
Новый замысел родится…
Или кто иной.

Аркан 4 Император

На воду ладьей нисходит
Новая луна.
Блёкнут звезды на восходе —
Но взойдёт одна,
Собирая воедино
Силу семерых
Там, где горные вершины
Издревле остры.

Босиком, в одежде белой
Выйду из дворца,
Камень отыщу замшелый
С соколом с торца.
Посижу на нем немного,
Вместе помолчим.
Старый, опытный и строгий,
Мудрый побратим.

Волны в море бьют поклоны,
То же и с людьми,
И моей тройной короны
Хватит на весь мир.
Милосердия б хватило,
Веры и любви,
А могущество и сила
У меня в крови.

Аркан 5 Иерофант

Я сижу на синем троне
И держу миры.
Мир подземный хрипло стонет
В серные пары.
Мир земной меняет маски,
Цели и цвета —
Завлекающий и вязкий,
Как смола с куста.
Мир небесный дарит знаки,
Опустив полог —
Эфемерный и двоякий,
Мальвами у ног.
Вижу мглу как на ладони,
Свет как от звезды.
Я сижу на синем троне.
Разве я не ты?

Аркан 6 Выбор (Влюблённые)

На развилке орхидеи
Проросли в камнях.
Раз цветы преодолели —
Мы отыщем знак.
Сердце знает, что нам надо.
Тропы-близнецы.
Выбор. И судьба в награду,
Но какая — тссс…

Аркан 7 Колесница

Если стал на колесницу,
То тогда держись
Черный сфинкс желает пиццу,
Белый — прямо ввысь,
Черный злится и буянит,
Белый пофигист,
Хочет маяться в тумане
Как осенний лист.

Если стал на колесницу
С жезлом и мечом,
Крепко правь своей десницей,
Зная что почем.
Победителю подвластны
Сфинксы, ветры, сны,
Если собственные страсти
Рыцарю верны.

Аркан 8 Сила

Дико, дико по земле,
По траве-росе
Бьёт хвостом свирепый лев,
В бешенстве присев.
Нет, его не держит страх
Или седина —
В нежных девичьих руках
Сила рождена.

Синий, синий сарафан,
Рыжая коса,
Обвивают гибкий стан
Змейки-пояса.
Равновесия стихий,
Равенства меча,
Усмиренья снов лихих
Ласково шепча
Достигает дочь огня —

Будто бы шутя, —
Солнце ладаном маня,
Горы воротя.

Бесконечно тет-а-тет
С мощью атмосфер
И свирепостью планет —
Воля держит верх.
И гармонией простой
Прорастет из мхов,
Как подсолнух в золотой
Гриве лепестков.

Аркан 9 Отшельник

Я несу кусочек света,
Я иду вперёд.
Время — старости примета
И наоборот.
Пусть до крови сбиты ноги
И душа в пыли,
Пусть ходили здесь немногие, —
Но они брели,
И несли кусочек света
Тихо по жаре.
Время — мудрости примета
В ржавом фонаре.

Аркан 10 Колесо Фортуны

Колесо-лассо, вращаясь,
Раздаёт дары.
Лотерею обещают
Правила игры.
Решето-плато просеет
То, что пыль и прах.
Полпалитры перемелет,
Остальное — так.
И распишет подпространство
В яркие цвета:
Желтым — дом, зелёным — странствия,
Голубым — мечта…

А пока — бурлит стихия,
Тучи-облака,
Грозы-молнии лихие
В тридцать три витка,
И среди торнадных кружев
И химер чудных
Колесо фортуны кружит
В обе стороны.

Аркан 11 Справедливость

В черном поле вереница
По дороге в храм:
Ровен шаг, поблекли лица,
а в глазах туман.
Как удастся, так воздастся:
Сочтены дела,
Босиком промчатся в танце
И сгорят дотла.
Пепел вымерян до грамма,
Обнажая суть
Карму меряют делами
До когда-нибудь.

Аркан 12 Повешенный

Быть повешенным печально
На закате дня
Тени духов за плечами
Встанут у огня
Край веревки измочален
Замысел храня
Так задумано вначале
Будто нет меня

Быть повешенным достойно
Нового чехла
Знак на теле значит коном
Поворот угла
Все кружатся скоморохи
И цари царят
Но на лезвии эпохи
Мы висели в ряд

Аркан 13 Смерть

Все дела остались в прошлом,
Все равно — плохом, хорошем,
Вспять не повернуть.
Урожай на поле скошен.
Да, итог бывает тошен —
Будет новый путь.
Не узнать меня соседу
И друзья, когда приеду,
Спросят: «Вам кого?»
Я проснулся обновлённым,
Хоть другим, определенно
Тоже ничего.

Аркан 14 Умеренность

Золотая середина
По околице бродила
Берега реки мирила
Лотосы плела
лунный свет в котле варила
И на солнечный делила
Наполняла два кувшина
Сплавом дополна

Отливала под лекала
Стрел чеканные колчаны
И блинами запускала
Плавно по Днепру
Стрелы времени пронзали
Ожиданием вокзальным
И лобзаньем под часами
Возвращались в круг

Аркан 15 Дьявол

Из души растут колючки,
Сердце с волею в отключке,
Холод по спине.
Не заламывайте ручки —
Не пройдут такие штучки
Даже на слоне.
Чёрный поезд мчится пулей,
Машинист кутит в загуле,
Ветер в голове.
Но и самой темной ночью
Ухнет где-то на обочине —
Свет, сова, совет.

Аркан 16 Башня

Озадачился искатель,
Ибо узел обстоятельств
Затянулся в результате
Прям на шее у него.
Снять хотели поскорее,
Стал гордиев узел целью,
И теперь сохранность шеи
Не волнует никого.

Аркан 17 Звезда

Где орел летает сивый,
Вылью ночью под оливы
Из кувшинов говорливых
Воду и песок.
Звезды строят пирамиды,
Храмы рушатся Колхиды,
А на пне из хризалиды
Вышел — мотылёк!

Аркан 18 Луна

На луну в печальном раке
Грустно лают две собаки,
В сумерках нечётки знаки
И неясен путь.
От реки да мимо башен:
Мир безумия не страшен.
Но сомнением окрашен:
Есть ли кто-нибудь?
Если верить, то обману,
Если выйду, то к туману,
А пройду, то сам не стану ль
Эфемерным сном?
Но нисходит, как и прежде,
Тихой искоркой надежда
И, читая строки между,
Я листаю том.

Аркан 19 Солнце

Солнце греет, солнце светит,
Во дворе играют дети,
В каждом прожитом куплете
Есть медовый рай.
Только рай подобен клети:
Где комфортно, там и метим
Декаданс-то не заметен,
Но заметен — край.

Аркан 20 Страшный Суд (Возрождение)

Вся весенняя палитра
Светом розовым залита.
Не сопилка, не трембита —
Только слышно гимны.
Хоть могила и раскрыта,
Все по правде шито-крыто,
Ангел реет деловито
Пред людьми нагими.
Женщина зовёт ребёнка,
Тот идёт, смеясь перезвонко,
Робкими шагами;
Воздух чист, прозрачен, ясен
И момент почти прекрасен,
Только суд — над нами.

Аркан 21 Мир (Вселенная)

Распустила Галя косы,
Самогонки напилась
И стремглав с Уроборосом
В чёрный космос унеслась.
Там меж звёздами летала
И галактики пасла,
И аттрактора видала,
Но не очень поняла.
Собирал Никола камни
В огороде край села
И не знал, что под ногами
Вся вселенная была.
Он бы, с Галей покумекав,
Что-то понял до утра.
Но потом пришло похмелье
И коров доить пора.

Адель

Адель живёт под старой лестницей,
Выходит только по ночам.
Она знахарка и кудесница,
Ещё провидица подчас.

В большом всенощном супермаркете
Ее узнает продавец,
Но — отвлекают покупатели,
(А сам, по правде, не жилец).

Наутро результат анализа
Заставит Библию купить.
Отмена химии, диализа
И — «Это чудо, будешь жить!»

Таксист нахмурит бровь косматую,
Адель завидев издаля,
Но завтра, вперемежку с матами,
Даст верный поворот руля.

Девчонка, у которой пятница,
В ночь засиделась у подруг
И от Адели так шарахнется,
Что обойдет открытый люк.

А стриптизерша в туфлях лаковых,
Шурша новехоньким плащом,
Адели улыбнется ласково
И стать надумает врачом.

Адель стоит под черным куполом,
Увитым звёздной мишурой
И ждёт Люку — простого, глупого
И увлеченного игрой,

Ободранного и блошистого,
Но просто лучшего из ста.
И умножается неистово
Ее кошачья красота.

Безумный Бунт

Корабль шёл в далёкий Путь,
Матросы в ожидании навара,
К родной земле держали курс,
А трюм ломило от товара.
Был там и терпкий ром,
И груда разных тканей дивных,
Всё с тех далёких берегов
Куда народ их был бессилен
Добраться до поры времен
Когда сей Капитан ретивый,
Направил эти паруса
За океан и дали сини.

Но вот случилася беда
Их штиль настиг в пути нежданный.
Прошли недели — молчат ветра,
Наполнить сей корабль славный
Движением волны и всплеск
О борт столь нужной ныне влажность,
Чтобы скорей увидеть брег
Столь ожидаемый командой.
И выпит ром — надежды нет,
Команда лихо бунтовала,
И вздернув капитана вверх
На мачтах этих окаянных,
Погибли все…
Друг другу глотки раздирая.
И лишь один слепой поэт
Смог рассказать, сей стих слагая,
Что капитан сказать успел,
На этих реях умирая,
О том как Бог явившийся во сне
Сказал: «Команду покараю».
Ведь капитан — лишь человек
И ветром он не управляет.

Кету

на поверхности Кету
приземлился тенётолёт:
Сарпы с нефритовыми Когтями
набирают в шприцы тумманий –
дымку зелёно-мутную,
хвосты их в космическом льде
оставляют узорные борозды.
замерзающий шар Земли
расколи мне, Мессия~Наг –
вскрой пузырь
василисковой инфра-жеоды
серебряным жалом своим

13.10.20

Вращается всё по законам Природы…

Вращается всё по законам Природы.
Она нас рожает и губит как всходы.
Как хрупкие нити со Временем крепнут,
Так же и мы с течение тверди,
Облачаяcь в хлопчатые Света одежды,
Восходим и крепнем стволами надежды.
И руки как ветви объяв Небеса,
Зеленеют листвой производя чудеса.
Плоды наливаются и семя созрев,
Даёт новым всходам прорезаться вверх.
А ветры и бури нас лишь закаляют,
Алмазные струны в нас Волю питают,
Позволяя забыть порою о том,
Что каждый из нас кто был тут рождён,
В назначенный час будет срезан серпом,
Чтоб новым побегам дать место в земном
Бескрайнем просторе разродиться плодом.

Назад Предыдущие записи