Мистический вечер

Основано на реальных событиях

 

Вечер. Тучи плотнее сгущаются, не оставляя места ясному небу. За окном двухэтажного особняка моросит дождь. Завывает ветер, точно эхо, взывающее о помощи. Пятница тринадцатое. Сегодня день истины, даже некоего пророчества. Всё это потому, что в скором времени соберутся все родные и друзья на праздник — мой день рождения. По счастливому случаю, я родился именно в пятницу тринадцатого (счастливому оттого, что в этот день мне всегда улыбается удача). Наверное, потому подавляющее большинство людей отзывается обо мне как о баловне судьбы. Я не обращаю на них внимания, так как знаю, что слова их — чистой воды лесть.

Для начала я хотел рассказать кое-что о себе, чтобы вы имели обо мне более полное представление. Меня назвали Эдуардом в честь прадеда. Он имел титул графа и состоял в высшем обществе, элите, куда принимали отнюдь не многих. На данный момент мне 22, а родился я 13 ноября 1987 года в Санкт-Петербурге. Я флегматик с примесью холерика. Достаточно сложный характер унаследовал я от того же самого прадеда, как, в принципе, и всё, что я имею сейчас — ведь он во мне души не чаял. Среднего роста стройный брюнет с синими глазами, излучающий уверенность в себе и в своих силах. В общем, классическая красота и элегантность — мои неотъемлемые достоинства. Сильно углубляться в мою жизнь не имеет смысла, поэтому остановлю ваше внимание на повести, которую хочу рассказать всем, кто имеет желание прочесть её.

В этот счастливый для меня день выдалась на крайность пасмурная погода, как по мановению волшебной палочки, — я с детства привык к дождю, и он стал для меня отличным успокоением. Лучшего времени для празднества, чем поздний вечер, я представить себе не мог, так как и дождь, и атмосфера навевают мрачные мысли и приятную меланхолию. Программу я даже не обдумывал, так как люблю действовать спонтанно и по обстоятельствам. Единственное «но» — я немного поработал над аранжировкой поместья, чтобы привести его в подобающий празднично-мрачный вид. Сначала я подумал, что родные и близкие мне люди будут против этого, но позднее обнаружилось, что они настроены на одну волну со мной, особенно мои маленькие племянники. Это вселило в меня уверенность, и я не усомнился в успехе мероприятия. Подарки были бы излишними, так как лучший для меня подарок — их присутствие и удавшийся праздник, но родственники настояли на своём. Скажу так: всё было приготовлено замечательно. Это даже больше того, на что я рассчитывал и предполагал вначале.

Примерно через полчаса приехали приглашённые на праздник: в общем составе нас было человек двадцать пять. Из этой компании я знал всех, как вдруг я заметил женщину, идущую рядом с родителями. Странно, но я никогда до этого момента её не видел! Она была одета эксцентрично для петербургской женщины, к тому же излучала загадочность. Меня этот факт насторожил, но я решил притвориться бесстрастным. Как они и обещали, пришли не с пустыми руками — у каждого из них был припасён подарок для меня как для виновника торжества. Я поблагодарил их, а затем повёл в столовую: это было началом программы, за которым не следовало ничего.

Все сели за стол, на котором, согласно этикету сервировки праздничного стола, всё было организовано наилучшим образом. Я основательно подсуетился для того, чтобы всё прошло идеально и гладко. Для загадочной женщины поставили незапланированные приборы.

За столом велась непосредственно праздничная беседа, но сам вид столовой заставил сотрапезников перейти на более меланхолическую тему: воспоминание о минувших днях. Слуги предварительно отвели детей в малую столовую, чтобы они не скучали, слушая неинтересную для них беседу. Странно, но женщина за время ностальгической беседы не произнесла ни слова, тем самым будя во мне любопытство.

Когда застолье стало подходить к концу, я начал думать, чем бы развлечь гостей. Но на ум не приходило ничего лучше танцев под музыку. Вдруг мелькнула молния, и она меня словно озарила: появилась заманчивая идея. Пятница тринадцатое, пасмурная погода, тёмные стены особняка… Всё это навевает мысль об одном: сесть в мрачной тёмной комнате и рассказывать страшные истории. Мысль довольно банальна, но в то же время занимательна. Обрадованный такой мыслью, я наметил одну подходящую комнату с камином посередине, в которой можно реализовать мой простой план. Приказал слугам привести племянников к нам. Подождали их, затем я попросил гостей следовать за мной.

Мы прошли два больших холла и лестницу, ведущую на второй этаж, прежде чем оказаться в задуманном мною месте. Комната была не слишком велика, но и не слишком мала, словом, среднестатистическая. Посередине был встроен камин, в котором уже пылал огонь. Мебель выполнена в стиле барокко, кресла и софа обиты бордовым бархатом. Всё было в приглушенных, тёмных тонах. Помещение практически не было освещено. Только озорные огоньки в камине и свечи в канделябрах давали редкий источник света. Иногда им приходила на помощь молния, разделяющая небо на две половины. Она как бы дополняла картину и словно настраивала нас на нужный лад.

Удобно расположившись в комнате, первым молчание нарушил одиннадцатилетний Серёжа:

— Дядя Эдик, что мы будем делать?

— А ты попробуй угадать! — подтрунил я над Серёжей. Увидев его вопросительный взгляд, я решил разгорячить его воображение. — Неужели нет никаких предположений?

— Что-то связанное с привидениями? — подключилась Лина.

— Уже ближе, — подбодрил я. — Ну… пятница тринадцатое вам говорит о чём-нибудь? — решил я подсказать детям, тем самым полностью подключился к игре.

— Страшные истории! — радостно заключила Анжелика.

— Ты шутишь? — спросил, в свою очередь, дядя Владислав, ухмыльнувшись.

— Вопрос риторический: конечно, нет, — ответил я, а затем обратился ко всем: — Неужели найдутся возражения?

Гости переглянулись друг с другом, будто читая по выражениям лица, о чём думают другие. Наконец Катя, моя девушка, ответила:

— Нам нравится эта идея.

И в подтверждение её слов присутствующие в комнате слегка кивнули головой.

— Можно я начну? — проявил инициативу Гриша, старший брат Серёжи.

— Давай, — разрешила его тётя Люба.

— Только для взрослых она будет немного скучной, — предупредил Гриша и начал рассказ. — Страшилка называется «Смерть». В молодой семье родился ребёнок. В честь новорождённого собрались гости. Начался пир. Вдруг в полночь кто-то постучал. Женщина открыла дверь. На пороге стоял белый старик. «Что вам надо, дедушка?» — спросила она. Старик ничего не ответил, только указал на ребёнка. Женщина закрыла дверь. «Это сама смерть приходила», — сказал один из гостей. Женщина посмотрела в люльку. Ребёнок был мёртв.

Рассказав историю (конечно, вымышленную), он горделиво обвёл всех глазами.

— Хорошо, — сказал дядя Андрей, — но хочу заметить, что навряд ли это была сама Смерть. Смерть, как и Жизнь, всегда бывает женского рода.

— Может, оно и верно, но я не виноват в том, что эту историю мне передали именно так! — обиженно произнёс мальчик.

— Ладно, давай не ссориться. Пусть это будет старик, если тебе так хочется.

— Я тоже хочу рассказать! Я тоже хочу рассказать! — не унималась маленькая Анжелика.

— Всем внимание! — прикрикнул Серёжа. Увидев, что слушатели переключили внимание на него, он передал слово Лике. — Пожалуйста, говори.

— Сказка небольшая, — все улыбнулись при слове «сказка», но девочка не обратила на это внимание, — её название «Отец». Однажды семья сидела за столом и ела, а у девочки упала вилка. Она нагнулась и увидела, что у отца её вместо ноги копыто. На следующий день она умерла.

Было занимательно смотреть, как Анжелика с важным видом рассказывала данную «сказку». В том, что дети считали вечер у камина за интересную, но одновременно мистическую игру, не было никаких сомнений.

Позднее к нам подключились и взрослые. Даже мои друзья перестали картинно закатывать глаза. Но меня удручало поведение той странной женщины; она словно никого не слышала и не замечала, принимала безучастный вид. Когда очередная история закончилась, я решил задать вопрос, сильно взволновавший детей, но совершенно не заинтересовавший женщину; собственно, вопрос задавался именно ей:

— Вы верите в привидения?

Она краем глаза взглянула на меня и только произнесла:

— Конечно.

— Вы встречались с ними наяву? — последовал очередной вопрос.

Сделав вид, что слегка задумалась, женщина повернула своё серьёзное сосредоточенное лицо ко мне:

— Вряд ли есть люди, которые ни разу не видели привидений. Они повсюду, и доступно их увидеть лишь избранным. Остальные только случайно становятся свидетелями фантомов. Я считаю их кем-то вроде счастливчиков. А вообще это — моё мнение.

Её первые слова, сказанные за весь вечер, произвели на меня сильное впечатление. Я невольно задержал дыхание, пока слушал её тираду, которую, впрочем, никто не ожидал от неё услышать. Казалось даже, будто некоторые из присутствующих только во время ответа обратили на неё должное внимание. После речи женщина оказалась, как и прежде, безучастной ко всему происходящему, а другие стали бурно обсуждать привидений и вспоминать случаи из своей жизни.

Так мы провели ещё некоторое время, пока часы не стали бить двенадцать ночи. Их зловещее тиканье на всё поместье вселило в нас чувство непритворного ужаса, а женщина, будоражащая моё воображение, словно оживилась.

— Это уже интересно! — произнесла она, и на её губах растянулась еле заметная улыбка.

Огонь камина отбрасывал тени на её лицо, от которых она как бы преображалась.

— Что вы имеете в виду? — осторожно поинтересовался отец.

— Всё сказанное вами ранее, конечно, интересно, но по сравнению с моей историей, которую я припасла для вас напоследок, ваши рассказы покажутся незначительными. Не обижайтесь на резкие слова, — здесь она улыбнулась ещё больше, — но это истинная правда. В своей жизни я повидала много нечисти, но расскажу вам, пожалуй, одну из самых страшных историй. Только жаль, что я её так смутно помню. Не так чётко, как хотелось бы.

Женщина замолчала. Все заворожено смотрели на неё. Тишину нарушила Катя.

— Расскажите, прошу, расскажите нам вашу историю! — почти шёпотом выразила она общее ожидание.

Женщина окутала её взором и сказала:

— Конечно, конечно. Только дай мне время на то, чтобы вспомнить.

И с этими словами она погрузилась в угрюмое молчание. Мы ждали начала, но не выказывали своего желания, так как она, в свою очередь, могла бы передумать. По тому, как её уголки губ медленно потянулись вверх, стало ясно, что она обо всём догадалась. Казалось, от неё невозможно укрыть ничего. Но мы не сдавались. Ведь сейчас всё зависело от её желания. Не знаю, чего она больше хотела — испугать слушателей или добросовестно поведать тайну, — но она изъявила желание открыться.

— Всё, вспомнила и до конца разобралась. Единственная просьба: прошу тех, кто относится к мистике и оккультизму с наивысшей долей скептицизма, покинуть данное помещение или вообще поместье, ибо не хочу слышать от вас слова вроде «вы чокнутая» и так далее.

Никто не двинулся с места. Даже дядя Владислав, воспринявший всё это явно не всерьёз, к словам женщины относился очень предупредительно.

Она удивлённым, выразительным, открытым взглядом посмотрела на него, но вслух лишь озадаченно хмыкнула. Он и ухом не повёл. Тогда женщина ещё раз остановила на нём сверлящий взгляд и спросила:

— Точно все ответственно отнеслись к моим словам?

В ответ она услышала молчание и, видимо, приняла его за утвердительный ответ.

— Хорошо, я расскажу вам свою историю, — очевидно, слова оказались вступительной частью. — Она произошла со мной лет тридцать назад, а именно в 1979 году. Каждое лето на каникулах я приезжала в деревню Мишенское. Она разделялась на две части рекой и мостом посередине. Одна сторона называлась Старое Мишенское, другая — Новое Мишенское. В Новом Мишенском жила практически вся молодёжь, и одна я приезжала в домик, в котором на тот момент никто не жил, в деревню Старое Мишенское. Когда я приезжала, близкие люди предоставляли мне полную свободу. Мне повезло, что домик был построен недалеко от моста, потому мы часто встречались с друзьями и знакомыми.

Однажды во время прогулки вдоль реки до нас дошёл один слух. Он заключался в истории: когда-то в Старом Мишенском жила пожилая староверка. Она при всём прочем была ещё и ведьмой. Всю жизнь прожила одна, поэтому не оставила за собой никакого потомства. Некому было в наследство передать свою силу и колдовские чары. Умирая, она решила похоронить всю свою дьявольскую силу в подвале, что находиться под её домом. Говорили, оттуда по ночам слышался незначительный шум, но это списывали на ветер, который дует по ночам, и ветки, которые стучат друг о друга и скребутся по стволу дерева при сильных порывах ветра.

Эта история не давала нам покоя. Немного погодя мы решили, что пора бы в этом разобраться. Готовилось что-то вроде экспедиции в тот дом, которая могла стать для нас последней. Из девушек только я отважилась пойти с парнями на разведку — на тот момент мне было семнадцать лет; парням же было от восемнадцати и старше.

Выбрали безлунную ночь и пошли на разведку. Когда мы, наконец, дошли до зловещего дома, меня начали обуревать сомнения. Но практически сразу после этого я про себя посмеялась над своими мыслями. Итак, мы зашли в дом. Там было очень темно. Темно настолько, что за светом фонарей мы не могли ничего разглядеть. Но по скрипу досок под ногами стало понятно, что здесь давно никто не жил. Мы стали искать тщательно спрятанный вход в подвал, что происходило довольно долго. Наконец, вход был открыт, внизу стояла лестница, по которой мы спустились во тьму.

Там оказалось ещё темнее, хоть выколи глаз. Я хотела подняться наверх, но подумала, что всё это предрассудки, и совладала со своим страхом. Мы с ребятами искали признаки жизни. Я шла и наткнулась на что-то большое. Приглядевшись, я увидела перед собой одну небольшую кровать. Пройдя немного вперёд, заметила ещё четыре рядом стоящие кроватки. Парни направили фонарный свет на две большие кровати. Мною овладел страх. Интересно, в каком или в ЧЬЁМ виде старуха оставила своё колдовство? От этих мыслей мне сделалось жутко плохо. Но ноги будто не слушались меня, и я побрела дальше. Вдруг до нас донёсся шорох из дальнего левого угла. Шесть фонарей устремили свет в тот конец, и перед нами предстала ужасная картина: пять чертят стояли перед нами. Страх завладел всем нашим существом. Не помню, как они выглядели, да и некогда было запомнить их приметы, но отдельные признаки за пару секунд распознать успела: выглядели они практически как в представлении человечества о классических чертях, только головы у них были похожи на головы медведей. Шерсть, вполне вероятно, жёсткая, так как она стояла дыбом. Далее я не помнила себя. В памяти мелькает только то, как мы бежали со всех ног без оглядки к выходу, а за нами неслись черти. Возможно, взрослые, так как шум был очень громким. Мы выбрались оттуда, закрыли вход и сломя голову выбежали из дома.

Наутро решили всем рассказать о нашем «приключении». Как мне повезло, что на тот момент родители были далеко! Другим же моим товарищам жутко досталось. Даже Славе, который три года отслужил в армии, влетело сполна. Вот это благодарность за проделанную нами работу!

Через несколько дней совет решил сжечь дотла злополучный дом. Весь состав двух деревень собрался недалеко от дома. Также совет пригласил священника из соседнего посёлка и вызвал пожарную машину. Факелами подожгли дом. Недолго предстояло ждать, пока костёр разгорится. Пылал адский огонь, за несколько километров клубился дым, а далее мы заметили так знакомые для нас черты гигантского чёрта. Его образ долго колыхался с пламенем и дымом, и только когда огонь погас, чёрт исчез из поля зрения. Все вздохнули с облегчением. Но это был не конец…

Поначалу они давали вспомнить людям о себе. Замаривали коров до смерти, пропадал другой скот, по ночам слышался непонятно откуда доносящийся шум. Но спустя пару лет всё встало на свои места, и с тех пор никто деревню не трогал.

Помню, через четыре года мы вернулись на то место и зажгли костёр. Не представляю, для чего мы это сделали, но отчётливо помню, что при горении огня едкий запах витал над нами, и в дымке образовалось подобие чёрта. Только мы потушили костёр, всё прошло. Больше они не давали о себе знать. Возможно, дух ведьмы ещё остался на том месте, но черти исчезли навсегда.

Наступило молчание. Дыхание было настолько тихим, что, казалось, его и не было вовсе. Эта повесть поразила нас до глубины души. Про себя я заключил (наверное, как и все остальные), что действительно наши «сказки» по сравнению с настоящей мистической историей были незначительными, даже ничтожными. По крайней мере, в её слова сложно было не поверить. Молчание длилось несколько минут. Было заметно, что её рассказ поверг все прошлые и оставил неизгладимое впечатление. Женщина самодовольно улыбнулась:

— Ну как, вам понравилось?

— Не то слово, — выдохнул я.

— Я так и знала, — подвела она итог.

Обсудив со всеми эту по-настоящему жуткую историю, я вспомнил про время:

— Уже два часа ночи! Пора бы разъезжаться…

— Точно! — подтвердила мама. — А детям вообще пора спать.

— Нет, мы хотим ещё послушать истории тёти! — запротестовала Анжелика, но протяжный зевок выдал её с головой.

— Вот видишь! Тебе спать пора, — коснувшись пальцем её носика, я стал провожать гостей.

Все благодарили меня за чудесно проведённый вечер, а я благодарил их сам, так как вряд ли вспомню день рождения, хотя бы приближенный к этому. Он долго ещё останется в памяти многих, а в моей и подавно.

Последней из гостей ушла странная женщина, так и не представившись нам. Видимо, предпочла остаться безымянной. Перед тем как выйти за дверь, она сделала прощальный жест рукой и посмотрела на меня. Этот многозначительный взгляд я не забуду никогда, впрочем, как и его таинственную обладательницу. С тех пор я её больше никогда не видел, а память о ней и её истории живут во мне по сей день.

 

Назад Вперёд

Добавить комментарий