Стрелок

Сигналы о начале урока во всех учебных заведениях нашего города разные: например, в девятой гимназии — это мелодичное пение птиц, в шестом лицее — мелодия ксилофона. А у нас это старый трещащий звонок, прямиком из XX века. Но сигнал есть сигнал, и он означает, что начался шестой, крайний на сегодняшний день, урок начальной военно-космической подготовки. Не теряя времени, мы всем классом вывалили за порог кабинета и спешно построились в две шеренги. За поворотом послышалось лязганье самых дешёвых автопротезов. Все моментально замерли и замолкли. Через несколько секунд в рекреацию, где мы стояли, вошёл наш преподаватель. Он медленно и чинно прошёлся вдоль строя до середины, затем остановился и коротко, почти незаметно, кивнул мне. Это было своеобразной отмашкой, разрешением к совершению действия.

— Становись! Равняйсь! — скомандовал я и чуть подался вперёд, осматривая строй.

Все стояли вызывающе правильно и аккуратно. Хоть в учебник заноси. Выпрямившись, я продолжил:

— Смирно! Равнение на середину! — сделав шаг вперёд, я развернулся и зашагал к преподавателю. — Товарищ преподаватель, девятый кадетский класс к проведению урока НВКП построен и готов в составе двадцати пяти человек. Рапорт сдавал командир класса сержант Павел Летягин, — отрапортовал я, остановившись в двух шагах от учителя и отдавая воинское приветствие.

— Здравия желаю, товарищ сержант, — сказал он, протягивая правый протез руки.

— Здравия желаю, — ответил я и пожал протянутый протез.

Затем повернулся лицом к строю.

— Здравия желаю, товарищи кадеты!

— Здравия желаем, товарищ преподаватель! — поприветствовали все хором.

У меня аж уши заложило от переизбытка децибел.

— Встать в строй.

— Есть! — ещё раз козырнув, я быстро вернулся в строй.

— Сегодня ваш крайний урок в этой школе перед вашим убытием в спецлагерь на Азимандусе, так что предлагаю вам решить, чем мы будем заниматься весь этот час.

— Товарищ преподаватель, разрешите обратиться! — послышался женский голос из строя.

— Слушаю тебя, Мензуркина.

— Расскажите, пожалуйста, как вы лишились рук и ног. Нам всем очень интересно!

Судя по интонации ефрейтора Софии Мензуркиной, она очень смущалась. Оно и не удивительно. Ведь наш преподаватель тот ещё красавчик: длинные блондинистые волосы, тонкие черты лица, гладкая кожа и большой шрам через правый глаз. А также внушительный для его двадцати шести лет послужной список. По нему сохли все девушки на параллели девятых-одиннадцатых классов. А уж наши, кадетские, так вообще несколько раз предлагали ему встречаться, но он им всё время тактично отказывал. И правильно делал.

— Хорошая идея, товарищ ефрейтор. Сержант!

— Я! — крикнул я.

— Сопроводи класс в актовый зал. Я подойду чуть позже. За дисциплину отвечаешь лично!

— Так точно! Класс! Общая команда, нале-ВО! — все синхронно повернулись в указанную сторону. — В актовый зал, строевым шагом… марш! — класс немедленно застучал каблуками по полу и безупречным маршем двинулся к месту назначения, отмеченному на подсоединённом к сетчатке глаза нейрошунтовом визоре белой точкой с дальномером.

Учитель появился минут через пять после того, как мы все расселись по местам. В руках у него было несколько голоматриц, которые он немедля загрузил в проектор, затем сел рядом, лицом к нам, и начал:

— Произошло это почти полгода назад. Я тогда командовал пятой ротой космопехоты. И нас отправили на планету Псикамерон.

В воздухе появилась голограмма небольшой планетёнки. Свет в зале незаметно для всех погас, отчего здесь воцарилась приятная полутьма.

— Накануне шайка пиратов из гильдии «Уберменше» напали на резиденцию императора на Эдеме. Но оказалось, что там был ещё кое-кто. «Тёмный Дракон». Их прихвостень зверски убил предводителя отряда из гильдии «Уберменше», сначала отстрелив ему причинное место, а затем и отрубив голову. После этого они сбежали на украденном катере. С собой они прихватили дочку императора — Азмарию. После этого император дал указание вернуть княжну любой ценой. Для этого он отправил нас в тот ад.

Картинка сменилась на герб гильдии «Тёмный Дракон»— зубастую безногую тварь с расправленными крыльями и скрученным в один оборот хвостом.

— Поначалу всё шло как нельзя лучше: мы высадились и начали наземную операцию с привлечением тяжёлой бронетехники, при поддержке планетной авиации и космофлота. Целью высадки, как вы уже могли понять, были поиски, спасение и эвакуация княгини Азмарии. Но в один момент моя рота лицом к лицу встретилась с отрядом, укравшим княгиню, и его предводителем — Драгуном. Он чуть старше вас, но с мечом он управляется получше некоторых фехтовальных дроидов, что уж говорить о человеке. Но тогда я этого не знал и сдуру вызвал его на Дуэль Чести. И вот мы скрестили клинки. Мне казалось, что моя победа близка, но Драгун провёл удачную комбинацию ударов и, завладев моим клинком, одним ударом лишил меня конечностей. А затем ещё и пощадил как не достойного смерти. Когда они ушли, меня отправили в госпиталь. Там я узнал, что заместитель Драгуна, не помню его прозвища, вернул княжну императору с тем уговором, что войска Империи покинут планету. Император подчинился. После того, как мои родственники узнали, как я стал калекой, отец отказался от меня, сказав: «Коли ты якшаешься с отбросами, то тебе нет места среди членов семьи Кафка». Вместе с моим знатным именем он отнял у меня моё положение и состояние. В итоге денег у меня еле хватило на то, чтобы купить комплект самых дешёвых автопротезов да оплатить операцию по частичной киборгизации. Потом я выписался и устроился учителем к вам в школу. Как-то так, — закончил он.

Невольно посмотрев на девушек, я увидел, как они млеют от его рассказов. А вот пацаны, похоже, уже точили зуб на этого Драгуна. И тут вновь прозвучал звонок.

— Командуй, Летягин.

— Класс! Встать! — все сделали, как я приказал. — Смирно!

— До свидания, товарищи кадеты!

— До свидания, товарищ преподаватель!

— Вольно! Разойтись! А тебя, Летягин, я попрошу остаться, — сказал учитель, включая свет и выключая проектор. — Поможешь мне прибраться тут после вас. Как приберёшь, зайди ко мне доложиться.

— Так точно! — ответил я и полез в потайной шкаф за дроном-пылесосом.

Поставив стулья на столы, я оставил дрона пылесосить, а сам пошёл докладываться учителю. Постучав в его дверь, я нажал нужную кнопку, и дверь молниеносно уползла в стену.

— Товарищ преподаватель… — начал докладывать я с порога.

— Просто Антон Валерьевич, курсант Летягин, — перебил он меня. — Входи и дверь за собой закрой. Нечего с порога разговаривать.

Я сделал, как мне было сказано. Войдя, я сразу же занял предложенный мне стул.

— Антон Валерьевич, я всё прибрал… — неуверенно окончил я доклад.

— Отлично. Как думаешь, зачем я тебя сюда позвал?

— Даже не знаю… — растерянно промямлил я, уставившись себе под ноги.

Никогда ещё я не разговаривал с учителем так…  неофициально, что ли…

— Я позвал тебя сюда, чтобы отдать тебе одну вещь, которая вскоре может тебе пригодиться.

С этими словами он достал из угла, между его столом и стеной, длинный продолговатый предмет, завёрнутый в ткань, и протянул его мне.

— Что это? — недоумённо спросил я, принимая дар.

— Это мой клинок. «Пламя дракона». Именно этим клинком Драгун отрубил мне в той дуэли правую руку и ногу.

Когда я развернул ткань, то увидел тёмно-рыжий меч в ножнах. Судя по внешности, это была японская катана.

— Спасибо, конечно. Но, Антон Валерьевич, чем я заслужил такую честь?

— У тебя максимальный балл на прошедших недавно экзаменах ГТО по фехтованию. Ты единственный из твоего класса, кому я могу полностью доверять. И я больше не в силах хранить его у себя. Он напоминает мне о моём отце и о том, что я больше не могу сражаться, как раньше…

В его голосе я явственно услышал горечь. Упаковав меч обратно, я привязал к нему ремень и закинул за спину.

— Ещё раз спасибо, Антон Валерьевич. Я могу быть свободен?

— Да, конечно. Главное — помни: это настоящий меч. Смотри не прибей им кого-нибудь.

— Хорошо, — ответил я и вышел прочь.

На улице было туманно, и уровень токсинов превышал норму в десять раз. «Опять, наверное, очистительные конструкции засорились…» — думал я, проверяя исправность фильтров в своём респираторе. Левый фильтр практически отказал, а правый протекает ещё со вчерашнего дня.

— Это не очень хорошо… придётся идти окружными тропами, в обход оживлённых автострад… — сказал я вслух, сплюнул натёкший в рот фильтроген, натянул на лицо маску респиратора и вышел в объятья буро-зелёного тумана.

Глаза тут же начали слезиться и чесаться. Угораздило же меня разбить защитные очки на полигоне… Мирясь с невыносимым зудом в глазах, я медленно продвигался сквозь пелену токсина, исходящего из труб близлежащих заводов по производству комплектующих для двигателей гипердрайва. Вскоре я дошёл до искусственного парка с биодеревьями из фотосинтезирующего материала. Здесь было чуть свежее, и я с удовольствием снял респиратор, ещё раз сплюнув фильтроген. Сделав глубокий вдох, я почувствовал вкусный фруктовый запах воздуха. Чуть постояв и понаслаждавшись этим сладким ароматом, я продолжил свой путь в общежитие.

Здесь всё было неизменно: всё тот же дроид-консьерж, давно сломанный и заросший токсичным мхом, всё те же рухнувшие перекрытия и провалы в полу. Я был здесь единственным жителем, так как дом этот был признан аварийным и готовился под снос. Но, несмотря на это, здесь было уютно. Преодолев несколько дыр, я, наконец, ввалился в свою комнату. Здесь всё тоже было без изменений. Сев на кровать, я скосил глаза в правый верхний угол комнаты, и покорный визор показал мне, который сейчас час.

— Без пяти минут восемь… — обречённо сказал я вслух. — Пора уже и спать ложиться. Завтра вставать рано.

Аккуратно повесив форму на вешалку, а вешалку вместе с мечом на гвоздь, я почистил зубы и лёг спать. Но ещё минут десять я бесцельно ворочался с боку на бок, пока не уснул.

*

За стенкой что-то жужжало и стучало, рядом лежал парень, на вид моих лет, и копался в своём комме. Что-то меня в нём тревожило, но я не знаю, что именно.

— Хэй, чел, — вдруг произнёс он. Похоже это было адресовано мне. — Не занят?

— Как раз собирался поваляться и побездельничать. Но ты меня заинтересовал. Что ты предлагаешь?

— Давай сходим на палубу, а то мне ой как хочется ноги размять…

Сказав это, он спрыгнул со своего койко-места и несильно толкнул меня в бок. Я тяжело вздохнул, нехотя поднялся с кровати и пошёл за ним следом.

— Костян, — представился он, протягивая мне руку.

— Пахан, — я приветственно пожал его руку.

— Ох ты, какое имя… Мощное! Под стать оружию.

Я невольно положил руку на рукоять меча, что висел у меня на поясе.

— Если не ошибаюсь, это катана «Пламя Дракона».

— Я вижу, ты знаток… — с неподдельным удивлением сказал я.

— Да, по долгу призвания приходится.

Мы вышли в более освещённый коридор кают второго класса, и я, наконец, смог рассмотреть Костяна получше. Рядом со мной шёл слегка небритый, взъерошенный парень, на вид чуть старше меня. Одет он был в чёрную футболку, чёрную с серо-жёлтыми вставками и капюшоном жилетку, армейские камуфляжные штаны и такие же берцы. За спиной у него висел гладиус в карбоновых ножнах, рукоятью указующий в правый нижний угол, а на левом бедре я заметил странный пистолет в композитной кобуре. Такая же кобура, но уже с другим пистолетом, обнаружилась сзади слева. Странный он человек.

— А какое у тебя призвание? — спросил я с нарочитым интересом.

Но ответить он не успел. Коридор сотрясла череда ударных волн от мощных взрывов.

— Чёрт! Как не вовремя… Они должны были быть в этом квадрате только через два часа…  Пахан, иди к панели связи и скажи третьему-второму классам оставаться на своих местах и не дёргаться. Надеюсь, умеешь пользоваться?

Он вынул пистолет из кобуры на поясе и протянул его мне. Не задавая лишних вопросов, я взял пистолет и пошёл к панели. Панель оказалась совсем рядом. Открыв нужную вкладку, я ввёл команду забаррикадировать двери. Вылезло окно ввода личных данных оператора. Без раздумий я ввёл свои ФИО, звание и место обучения. Панель выдала «добро» и закрыла все двери кают второго класса, а третий класс был вообще забаррикадирован.

— Что же ты задумал? — спросил я воздух.

Он, к сожалению, не откликнулся. Тогда я проверил обойму пистолета и пошёл на палубу первого класса.

Оказалось, причиной взрывов были абордажные капсулы бандитов. Все пассажиры лежали ничком, в том числе и Костян, а между ними расхаживала на своих паучьих лапках самка Эльбан. Чуть поодаль неё стояла пара Леган с лучевыми ружьями и в экзокостюмах. Сняв оружие с предохранителя, я уже прицелился, как вдруг меня кто-то поднял и бросил прямо на середину палубы.

— А вот и ещё один снобий сынулька. К остальным его, — скомандовала Эльбан, дав мне ощутимую пощёчину своей когтистой антропоморфной рукой.

Мне в спину уткнулось дуло. Обернувшись, я увидел массивного Чемаг. В одной паре рук у него был гранатомёт QDW-36, в простонародье прозванный «Гренадёр», в другой он держал пару скорострельных ПП-52 «Фреза». Один из них упирался мне промеж лопаток.

— Лежать! — рявкнул он.

Я покорно занял свободное место рядом с Костяном. Недоброжелательно рыкнув, он отошёл в сторону.

— Как думаешь, сколько их? — спросил шёпотом Костян.

— Главарь-Эльбан, два эльфа-Леган в среднебронированных ЭК и один Чемаг с гранатомётом. Всего получается четверо.

— На балконе, над нами, засели два снайпера со «Зверобоями», в левом заднем углу палубы сидит сапёр с детонаторами. На каждом третьем пассажире в шестом ряду, если считать, что мы лежим в первом, закреплены «пояса шахидов». Ещё трое проводят поиски близ мостика, двое держат на прицеле экипаж на мостике. Итого двенадцать «чёрных» наёмников дважды «S» класса.

Я мог только дивиться осведомлённости этого человека. А ещё спокойствию, с которым он это говорил.

— А почему ты думаешь, что это не пираты, а «черные» наёмники?

— Настрой приёмник в своём нейрошунте на частоту шесть, дробь тридцать два, и слушай. — Я аккуратно достал до кольцеобразного бегунка и медленно прокрутил его на сто семьдесят пять с половиной градусов.

— Нэнс, вы скоро? — спросил Костян в пустоту.

Я не знал, к кому он обращался, но чувствовал — скоро я это узнаю.

— Мы на позиции. Начинаем по твоему сигналу, — послышался приятный девичий голос. Услышав это, Костян медленно поднялся на ноги.

— Эй, вы! Ротозеи! — захватчики быстро нацелили на него свои стволы. — Какой скупердяй доверил дело таким лузозёрам, как вы?! — не успел он это спросить, как Чемаг подлетел к нему, схватил за грудки и поднял над полом.

— Тебе, как вижу, жизнь не дорога! — закричал бандит, начиная сдавливать свободной рукой горло смельчака.

— А вот это уже зря… — сверкнуло лезвие, и все четыре руки Чемаг отделились от тела и безвольно упали на пол, где впоследствии оказалась двухметровая туша самого Чемаг.

Он орал от боли что было мочи.

— Пахан, пристрели сапёра! — рявкнул Костян. Рефлекторно выхватив пистолет, я прицелился и спустил курок. Раздался громкий хлопок, и отдачей оружие подкинуло вверх. Следом последовал глухой звук упавшего тела. Это значило только одно — повторного выстрела не требуется. Внутри возникло гадкое чувство угрызений совести. Я ещё ни разу до этого момента не убивал, но моё тело в тот момент действовало на автомате. И это пугало. Вновь повернувшись к Костяну, я увидел, что в него стреляют все, кто остался невредимым. А он, в свою очередь… отбивал пули?! Нет. Этого не может быть! Но назвать его высокоскоростные телодвижения по-иному у меня не поворачивался язык.

— Что дальше? — спросил я.

— Попробуй снять снайперов. А я пока обеспечу прикрытие, — ответил он спокойным голосом.

Я громко сглотнул и посмотрел на балкон. «Так, прикинем. Расстояние до балкона метров двадцать, угол подъёма тридцать семь градусов, ветра нет. Это значит — бьём прямой наводкой». Откатившись чуть в бок, я поймал голову противника в линию прицела и выстрелил. Отдача в очередной раз подкинула оружие, но мне удалось минимизировать угол отклонения, и следующий снайпер лёг уже через пять секунд. Я даже смог разглядеть, как его мозги ошмётками вылетают из черепа на стену, отчего к горлу подступила рвота, но в силу пустого желудка меня не стошнило.

— Путь свободен! Звери! В атаку! — закричал Костян, и в тот же миг по правому борту показалось судно, которое немедленно открыло огонь по неприятелю. Затем с тыла появился отряд из трёх человек в масках и занял круговою оборону. Двое неприятелей, а точнее Эльбан и раненый Леган, успели скрыться от шквального огня судна в коридоре, из которого меня выкинул лежавший на полу и уже безрукий и мёртвый Чемаг. Оттуда они вели посильный огонь по нам.

— Драгун! Ты как всегда! Нет чтобы хоть раз притвориться беспомощной жертвой и дать нам сделать свою работу!

Я не мог поверить своим ушам. Костян оказался тем самым Драгуном, с которым дрался Антон Валерьевич…

— Сид, ты же меня знаешь — я неуравновешенный псих, — сказал Драгун и криво улыбнулся, затем надел на лицо маску и накинул капюшон.

— Капитан, что делать с трупами? — спросил один из трёх вошедших.

— Всех на мясо. Кроме паучихи и эльфа. На них у меня особые виды…

— Дракош, говорит Кана. Мостик под нашим контролем. Но эти мрази пристрелили навигатора и старпома, — сказал немного кокетливый женский голос.

— Это не есть гуд. Тигрица, Альтаир, что с грузом?

— Груз у нас, в целости и сохранности. Можем уходить. — послышался мягкий мужской голос. Во мне медленно закипала злоба от той мысли, что я по-дружески разговаривал с самым опасным корсаром ближнего и среднего рубежей исследованного космоса и одним из Всадников Армагеддона. «Я должен отомстить ему за учителя. Пусть я умру, но напоследок я выложусь на всю катушку!» — с этими мыслями я встал и резко, потянув из ножен свой меч, нанёс рубящий удар по диагонали. Послышался звон метала. Моя катана упёрлась в его гладиус.

— Что это ты удумал, Пахан? — с интересом спросил он.

— Я убью тебя… — сказал я, тяжело дыша от гнева.

— Чего?

— Я убью тебя! — рявкнул я и начал наносить беспорядочные удары с ужасающей силой и скоростью, но все они были блокированы гладиусом Драгуна.

Я свирепел всё больше. Но тут произошло всё, как рассказывал учитель: Драгун провёл странную, но быструю комбинацию, и мой меч вылетел из моих рук. Тогда я быстро потянул пистолет и прицелился в драгуна, но его предо мной больше не было. Ствол его пистолета упирался в мой затылок.

— А убивалка у тебя что надо. Но с таким самоконтролем вероятность твоей победы крайне мала.

Он сделал упор на словосочетании «крайне мала».

— Ты как не огранённый алмаз. Твоим навыкам нужна закалка в реальном бою, концентрация на цели и недюжий самоконтроль. Идём со мной. Я научу тебя этим вещам.

— Никогда я не буду якшаться с такими убийцами, как ты! — крикнул я, разворачиваясь к нему лицом. — Вы только и думаете, что о деньгах, а на обычных людей вам начхать!

— Капитан, может, на дно его? — спросил второй из тройки вошедших на кануне.

— Хлеборезку закрути, Струбцина, — недобро ответил Драгун.

Пистолет он с меня не спускал.

— А ты, Пахан, не зарывайся и не равняй нас с вон теми отбросами, — он указал на связанную паучиху и Леган. — Вот они — такие, как ты сказал. А мы чуточку другие. Мы не вешаем на заложников взрывчатку, мы вообще заложников не берём. Это привилегия террористов, а мы пираты. Мы грабим, ради денег, но не трогая тех, кто не оказывает нам противодействия. Правда, не сходится с общепринятым шаблоном, Летягин Павел Юрьевич — кадет-отличник по всем предметам военного блока, лучший фехтовальщик и стрелок на уровне области. Но вспомни, где ты живёшь. Не хотелось ли тебе ощутить в своих руках вес денег, да и, к тому же, ты круглый сирота. Присоединяйся к нам. Я дам тебе кров, навыки и главное — дружную семью.

«А ведь он прав…» — промелькнуло у меня в голове. — Я живу в старой общаге, работаю, не покладая рук, чтобы прокормить себя, семью мне заменила моя винтовка — приз за первое место в соревнованиях по снайперскому ремеслу. А мои одноклассники купаются в заботе родственников, деньгах и роскоши, в то время как я страдаю. И вот мне предлагают всё это, в обмен на чистоту совести…»

— Я согласен. — уверенно ответил я. — Только у меня будет одна просьба…

*

Общага всё ещё стояла на месте. Я пробрался в свою комнату, вскрыл тайник и вынул оттуда три снаряжённые обоймы и крупнокалиберную винтовку «Раптор» с гравировкой на боку ствольной коробки: «Летягину Павлу — лучшему стрелку Калининградской области». Повесив винтовку на плечо, я тяжело вздохнул и в последний раз окинул хозяйским взглядом комнату. Затем развернулся и вышел.

— Добро пожаловать в «Тёмный Дракон», Стрелок, — сказал Драгун.

Я не чувствовал, что совершил ошибку. Во всём теле была лишь лёгкость новой жизни. И новых горизонтов.

Назад Вперёд

Добавить комментарий